Я прижал её к стене, чувствовал каждый изгиб её тела сквозь этот дурацкий костюм. Моя ладонь легла на её поясницу там, где ткань намокла от пота после долгого дня, и это было почему-то самым сексуальным, что я ощущал за последние годы.

Мои пальцы запутались в её пучке, разрушая его к чёрту, и рыжие волосы рассыпались по плечам. Я сжал их в кулак и она тихо, хрипло выдохнула мне в губы. Этот звук. Я готов был кончить от одного этого звука.

От неё пахло разгорячённой кожей и желанием. Её запахом.

Мои губы скользнули по её шее, по ключице и там, где бешено бился пульс. Я почувствовал его языком. Она дёрнулась и тихо застонала. Я усмехнулся, не отрываясь от её кожи.

— Вот так, — выдохнул я. — Без разговоров.

— Ты... наглый, — её голос дрожал, но пальцы всё ещё сжимали мои плечи.

— А ты — громкая. Но сейчас молчи.

И снова поцеловал. Глубже. Коленом раздвинул её бёдра, прижимая к стене, и почувствовал, как она подалась навстречу инстинктивно и бессознательно. Моя рука скользнула ниже, сжала бедро, приподнимая её. Она обхватила меня ногами и в этот момент я чуть не сорвался. Я хотел её прямо здесь. В пустом холле. На диване. У стены. Плевать где. Но я не мог.

«Это была ошибка». Слова вырвались раньше, чем я успел подумать.

Я отстранился. Поправил воротник халата, стараясь дышать ровно. Не смотреть на неё и не видеть эти распухшие губы, растрёпанные волосы, эту чёртову пуговицу, которую я, кажется, оторвал, пока лапал её как животное.

— Это была ошибка, — повторил я, глядя в стену. — Ты пиарщик моего клуба. Я — врач. Это кончится плохо. Так что... забудь.