Взявшись за руки, мы шли, утопая в высокой траве, чувствуя, как она отдаёт нам капли росы, ласково касаясь наших ног. Трава была мягкой и приятной на ощупь, словно зелёный ковёр, расстеленный для нас.

И я вдруг поняла цыган — кочевников. Вот оно, счастье вольной жизни, когда нет привязанности к месту, когда можно свободно двигаться по миру, наслаждаясь каждым мгновением. Вдали раздавалось ржанье лошадей, словно приглашающее нас в путешествие, в приключения, в жизнь, полную свободы и радости.

Никуда не нужно спешить, все проблемы остались в городе, здесь только природа, тишина и покой. Я хотела сохранить это чувство в себе на веки вечные, чтобы в любой момент вернуться сюда, в этот райский уголок, полный покоя и гармонии.

- Так и сохрани.

- Как ты меня услышала?

Приблизив своё лицо к моему, она прошептала.

- Если ты действительно этого хочешь, раздевайся, только кулон не снимай.

- Под футболкой одни только плавки.

- И их снимай!

Мама достала из пакетика льняную ткань, которую накануне стирала без всякой химии в отдельном тазике, а после сушила под палящими лучами солнца. Она осторожно расправила её, бережно провела по траве, собирая росу, а затем укрыла ею мою голову, шепча что-то, словно колыбельную.

Процесс этот казался бесконечным. Она укрывала поочерёдно и плечи, и грудь. Всю! Она осторожно отжимала ткань в маленькую пиалу, бережно собирая влагу, а затем поливала мне её на голову, словно омывая меня от всех тревог и забот. Я чувствовала, как прохладная роса стекает по волосам, наполняя сознание свежестью и покоем.

Кожа горела, хотелось взлететь перелётной птицей высоко в небо. Вздохнуть полной грудью.

Я смутно помню, что было дальше. Мама завернула меня в сухую ткань как дитя. Вела за собой в дом.

Пришла в себя я только к вечеру. Спала долго в спальне на первом этаже. Не ела, не пила. Удивительная лёгкость блуждала по всему телу.

В доме было очень тихо.

«- где все»?

*****

Они пришли на рассвете. Уставшие, но довольные.

- На озеро ходили? Поймали хоть что-то?

Николай улыбаясь расстегнул рубаху.

- Что это? Клык молодого волка? Почему тёмный? Он верно зубы не чистил.

- Ошибаешься! Это корень папоротника, который цвёл в этом году в ночь Ивана Купала.

- Это легенда. Папоротник не цветёт.

- Возможно не цветёт. А возможно это не каждому дано видеть.

Мама тоже расстегнула рубашку.

- Два клыка.

Я улыбнулась тому, что они как дети.

- Три!

Мам Лен повесила мне ещё один кулон на грудь. При этом, в качестве «верёвочки» она использовала сам стебель, разорванный на две части...

- Он высохнет и его придётся выбросить. Будет жалко.