Называется, почувствуй себя несмысленышем каким-то. — Я только начал с тобой, — добавил лорд Блекнар, и в его светлых глазах заметались озорные искры. Укоризненно добавил: — А ты уже сбежать пытаешься. Некрасиво. Я уныло вздохнула. Ох, сдается, этот день я до конца жизни своей буду вынуждена вспоминать в самых жутких ночных кошмарах. — Раз уж ты выучила основную формулу перехода энергии из одной формы в другую, то сейчас займешься расчетами. Тон Вэлнара внезапно стал серьезным. Мужчина перестал улыбаться, подошел ближе и взял в руки мел. — Это — процент неизбежной потери мощности при трансформации, — проговорил он и написал на доске несколько чисел. — Это — начальное значение моей атаки. Твоя задача вычислить первоначальный импульс и минимальную энергию щита, способную отразить заклинание подобной силы. Я широко распахнула глаза, уставившись на доску. О небо, ничего не понимаю! И как это рассчитывать? Вэлнар терпеливо ждал, глядя на меня с легкой ноткой снисхождения. Я взяла в руки мел. Еще раз внимательно посмотрела на формулу. Хм-м… Сдается, есть у меня одна идея. И я углубилась в расчеты. — Так, — прозвучало со спины негромкое. — Неплохо. Я немедленно возгордилась собой. Из уст лорда Блекнара это прозвучало как самый настоящий комплимент. — Точнее, глупость, конечно, но небезнадежная, — тут же исправился Вэлнар со своим обычным сарказмом, и робкая улыбка, затрепетавшая было на моих губах, тут же умерла. — Кто скажет, в чем ошибка? — тем временем обратился он к аудитории. Как и следовало ожидать, всеобщее молчание было ему ответом. Студенты хмурили лбы, листали конспекты, но отвечать на вопрос не торопились. Еще бы! Кому хочется по доброй воле привлечь к себе внимание главы рода черных драконов? Эх, какая, все-таки, жалость, что я сегодня проспала! Иначе успела бы забиться в самый дальний конец аудитории. Авось Вэлнар меня и не заметил бы. А впрочем, вряд ли. По-моему, он в любом случае намеревался сделать наличие у меня родовой защиты Реднаров общеизвестным фактом. — Никто не скажет? — нарочито удивился Вэлнар. — Мышки мои робкие, в таком случае вынужден с превеликим сожалением констатировать, что общаюсь со слабоумными бедолагами. — Мы не слабоумные! — вскинулся от возмущения тот же брюнет, который осмелился чуть раньше вступить с ним в разговор. — Вы не имеете ни малейшего права нас оскорблять! Ох, зря он это сказал. Об улыбку лорда Блекнара, казалось, можно было порезаться — такой острой и безжалостной она стала. Глаза сверкнули стальным блеском. —