Кэтрин с разбегу налетела на нее и задохнулась: от удара из легких вышибло весь воздух. По руке и плечу разлилась боль, но каким-то чудом Кэтрин устояла на ногах. Она врезалась в стену не прямо, а под углом, однако приятного все равно было мало. Эхо удара разлетелось по всему отсеку.
«Теперь он знает, где я».
Скорчившись от боли, Кэтрин уставилась в темноту и почувствовала, что Аваддон на нее смотрит.
«Уходи отсюда, живо!»
Все еще пытаясь восстановить дыхание, Кэтрин пошла вдоль стены, как можно тише прикасаясь к стальным кронштейнам.
«Не отходи от стены. Проскользни мимо него, пока он не загнал тебя в угол».
В правой руке Кэтрин сжимала телефон, готовясь при необходимости швырнуть его, как снаряд.
Тут до нее донесся неожиданный звук — отчетливый шорох одежды впереди… рядом со стеной. Она оцепенела и затаила дыхание.
«Когда он успел?!»
На нее пахнуло этанолом.
«Он двигается в мою сторону!»
Кэтрин попятилась, затем тихо повернула и быстро пошла в обратном направлении. Не успела она сделать и двадцати шагов, как случилось невозможное: впереди опять зашуршала одежда! Вновь пахнуло этанолом. Кэтрин остановилась как вкопанная.
«Господи, он повсюду!»
Голый по пояс, Малах вглядывался в темноту.
Он решил превратить в преимущество досадное, выдающее его обстоятельство — запах спирта от намокших рукавов. Малах снял рубашку и пиджак — они помогут загнать жертву в угол. Сначала он скомкал рубашку и швырнул ее вправо: Кэтрин остановилась и пошла в другую сторону. Тогда он кинул пиджак влево — жертва замерла. Теперь она нипочем не осмелится двинуться в стороны…
Малах стал ждать, весь обратившись в слух.
«Она может пойти только в одном направлении — ко мне».
Но почему-то он ничего не слышал. Либо Кэтрин парализовал страх, либо она решила дождаться помощи, стоя на месте.
«Ах, бедняжка!.. Подмога придет не скоро».
Малах сломал электронный замок — очень простым и эффективным способом. Открыв дверь карточкой Триш, он загнал в прорезь десятицентовую монету. Теперь, чтобы вставить карту, сначала придется разобрать все устройство.
«Мы одни, Кэтрин… Никто нам не помешает».
Малах медленно двинулся вперед, прислушиваясь к малейшим шорохам. Этой ночью Кэтрин Соломон умрет в музее своего брата. Как поэтично! Малаху не терпелось поделиться этой новостью с Питером. Месть будет сладкой…
Внезапно в темноте вспыхнул крошечный огонек: Кэтрин только что допустила роковую ошибку.
«Она кому-то звонит?!»
Электронный дисплей горел примерно на уровне ее талии, ярдах в двадцати от Малаха, точно маяк посреди черного океана. Малах собирался ждать, пока Кэтрин потеряет терпение и сдвинется с места, но теперь в этом не было необходимости.