Это позволило спокойно завершить конференцию, тем более, что Сталин намекнул Черчиллю, что не будет возражать, если Израиль добровольно передаст Синайский полуостров находящемуся под британским влиянием Египту. Было решено провести отдельно конференции по Ближневосточной и китайско-японской тематике. Намечены контуры послевоенного мироустройства с созданием организаций по типу Лиги наций, вот только Дьюи предложил две таких организации — одна из стран двух американских континентов, а вторая — европейско-азиатская. Черчилль предложил три, кроме Американской выделив еще Европейскую и Азиатскую. Сталин неожиданно поддержал позицию британского премьера. И последним вопросом стало участие СССР в войне с Японией. Оно стало тем более актуально, что американский флот провел крайне неудачно еще одно сражение с японским, потеряв у рифа Меллиш линкор и авианосец. Японцы обошлись затонувшим крейсером, что, согласитесь, не совсем равноценный обмен. Еще одним приятным бонусом для союзников стало согласие СССР на передачу всего флота Германии Британии и США. Ну, а в самом конце конференции был принят секретный протокол, по которому СССР взял на себя обязательство вступить в войну с Японией, при этом союзники брали взаимные обязательства не заключать сепаратных соглашений с Империей Восходящего Солнца. Но точной даты начала операций войск СССР Сталин не называл, пока почти под ночь не получил сообщение из Китая.

* * *

Яньань

23 октября 1943 года

Ло Фу, генеральный секретарь Коммунистической партии Китая был разбужен среди ночи: состояние товарища Мао стало снова критическим, он просил собраться своих самых верных соратников. В последние два года после удачного Великого похода китайских коммунистов, когда стотысячная, но недостаточно вооруженная армия сумела прорваться и уйти на Север, закрепившись в районах провинций Шэньси — Ганьсу — Нинся, отношения между Ло Фу и Мао Цзэдуном ухудшились. Как только армия под руководством «группы 28 марксистов» и коминтерновских товарищей вышла в более спокойные районы, оторвавшись от гоминьдановских преследователей, Мао стал брать всё больше власти в свои руки. И одним из проявлений укрепления этой власти стала кампания самокритики, на которой настаивал их лидер. Человек, которого еще не называли «Великим кормчим», сумел перехватить рули власти в партии, сделав ставку на выходцев из села, а своим тезисом ставку на революционное сознание крестьянских масс, противопоставляя его предательству и ревизионизму горожан. На самом деле Мао не устраивало слишком сильное влияние Коминтерна и русских в компартии, будучи настоящим китайским националистом он решил сделать ставку на самую «забитую» и отсталую часть китайского социума, которым легче было бы управлять. В декабре 1942 года происходит выдвижение идей «Чжэнфэнь» — борьбы за стиль работы, или как его еще называли китайские товарищи «борьба за правильную каллиграфию». Фактически, это была кампания чистки партии от вероятных противников Мао, точнее, от настоящих коммунистов и коминтерновцев. Поводом для «каллиграфической» кампании стал большой приток в партию сельского населения и бывших сторонников Гоминьдана, что требовало проведения столь же масштабной пропагандистской кампании. В апреле 1943 года Мао удалось всё-таки утвердить положения движения «Чжэнфэнь» на партийной конференции, казалось, что власть в партии переходит к его сторонникам окончательно. Был утвержден и главный руководитель намечавшейся кампании Кан Шэн, который в 1938 году возглавил Шуэхэйбу — главное управление по социальным вопросам компартии Китая. Фактически же его отдел занимался разведкой и контрразведкой. Учился же товарищ Шэн у такого «специалиста по безопасности» как Ягода. Несмотря на то, что Коминтерн официально был распущен, товарищ Хуа Фу (он же Отто Браун) находился среди китайских соратников и имел большое влияние, возросшее после Великого похода. 11 мая в Китай приехала группа специалистов из СССР, которую встречал сам товарищ Фу. Отто