Я нахмурилась. Противоречивые чувства одолевали меня. Мне и отчего-то жалко ее было — я ведь понимала, что она ничего дурного мне намеренно не сделала. И в то же время она меня здорово раздражала — моя взрослая соперница. Но по крайней мере, я уже не испытывала той ненависти, что раньше просто огнем горела в моей груди и заставляла искать способы навредить этой кудрявой брюнетке.

— Эй ты, привет! — сказала я, шагнув к ней. Мое приветствие прозвучало нагло, но церемониться с этой девицей я не собиралась.

Она подняла голову, и, увидев, кто перед ней, тут же изменилась в лице, вскочила и начала подобострастно кланяться. Фу, гадость! Я поморщилась. Просто ненавижу такое пресмыкание. Ужасно неприятно. И неловко к тому же. Все-таки она взрослая тетка, а я девочка — то есть, юная девушка…

Хотя… меня внезапно осенило интересное соображение — раз она мне кланяется, значит, знает свое место… А ведь могла бы и понаглее себя вести — все-таки именно она — избранница нашего главного мужчины. Это хорошо, что она не заважничала. Я-то собиралась ее жестоко обломать, но теперь вижу, что есть надежда на вполне миролюбивую беседу…

— Ладно уже, прекращай свои дурацкие поклоны… — проворчала я, — давай сядем и поговорим.

Мы сели на травку. Она смотрела на меня приветливо, но ей не удалось скрыть выражение тревожного ожидания, которое я поспешила оправдать.

— Послушай, Туллия… — сказала я, дерзко глядя на нее, — ты знаешь, кто я такая?

— Знаю, ты великая маленькая госпожа… — начала она.

— Правильно, — перебила я ее, величественно кивнув, — но еще я — невеста Серегина, понятно?

Растерянность и огорчение отчетливо проступили на ее лице. Она потупилась и тихо ответила:

— Понятно, юная госпожа…

— А что еще тебе понятно? Немедленно отвечай! — грозно сказала я, сдвинув брови. На самом деле мне было даже немного забавно. Я вдруг поняла, что эта смуглая латинянка — робкое, пугливое, забитое существо, подавить которое ничего не стоит.

Она молчала, нервно теребя в руках свой венок. Я поняла, что придется самой ее просветить.

— Слушай меня, Туллия, — после этих слов я сделала многозначительную паузу и продолжила ровным, убедительным и даже нарочито доброжелательным тоном: — я вовсе не желаю тебе зла, а просто прошу, чтобы ты прекратила отношения с моим женихом. Ты же понимаешь, что они ни к чему бы не привели. Пока ваша связь не зашла слишком далеко, разорви ее. Не печалься, ты еще найдешь себе другого парня. А этот мужчина — мой, и мы поженимся, как только я войду в брачный возраст. Так что не огорчай свою госпожу, Туллия… Надеюсь, мы останемся с тобой в добрых отношениях и ты не дашь мне повода сердиться на тебя…