— Ничего, добьёшь! — сказал Щека. — Мы ещё не закончили с этими пидарасами! Проф, может, в контратаку⁈

— Отставить, — ответил Проф. — Мы здесь не за этим — пусть живут, пока что.

— Толпой неэффективно, — сказал я Щеке. — Придёшь сюда с кем-то и покончишь с ними.

Щека ненадолго задумался.

— Да, это должно быть чем-то особенным, — зловеще ухмыльнулся он. — Только я и они…

— Возвращайтесь к своим обязанностям, — приказал Проф. — Студик, помоги ополченцам собрать туши.

— Понял, принял, обработал, — ответил я.

Выхожу из-за Соляриса и направляюсь к мёртвым тюленям.

Недобитков здесь нет, потому что Галя била наверняка, метя в центр туши. А кинетическую энергию в размере 31 000 Джоулей не может пережить ни один тюлень. Надо быть броником или свинопотамом, чтобы пережить попадание пули такого калибра и остаться способным хоть на какие-то действия.

Вообще, Ронин сказал как-то, что 14,5×114 миллиметров — это всё ещё считается патроном, а не снарядом, потому что снарядами принято считать боеприпасы калибром свыше 20 миллиметров, а всё, что до — это патроны. Может и так, но вот насчёт 14,5 у меня есть сильные сомнения в том, что его корректно считать патроном — по производимому эффекту, это больше похоже на снаряд…

Хожу между тушами и тыкаю в них телескопическим щупом, преимущественно в раны — чтобы удостовериться в смерти.

Ни одной выжившей твари.

— Они готовы! — сообщил я ополченцам, держащимся в паре десятков метров. — Можем забирать!

Помогаю им грузить туши в телегу — у терминала тюленей освежуют и разберут на мясо. Неизвестно, съедобно ли оно, но должно быть съедобным, потому что мы так и не увидели здесь никаких туш, оставшихся после побоища. И на скотобойне остались лишь кости и клочки шкур.

Проф заинтересован в шкурах — если они сохранят защитные свойства после обработки, то это может дать нам дополнительный материал для изготовления пулестойкой брони.

Наши мастера уже начали приспосабливаться к новым материалам — есть пластины из черепашьего панциря, есть пластины из лобовой части черепа свинопотама, а из меха степных волков получается отличная зимняя одежда.

Нам-то, КДшникам, зимняя одежда не нужна, поэтому весь волчий мех уходит на одежду для гражданских и ополченцев.

Дефицита одежды у нас не наблюдается, но вот волчьи шкуры прямо очень хороши в вопросе теплоизоляции. Лучше любых брендовых пуховиков — Евгений пытался объяснить мне свойства этого меха, приводя в пример неких андских лам. Я не понял ничего, кроме того, что у мутировавших степных волков на морозе мех сжимается, формируя воздушные карманы, а в тепле распушается, повышая теплообмен.