Очевидно, что этим «ручным» пулемётом пользовался какой-то КДшник, которому это осовремененное оружие прошлого, увы, не помогло против змея.

Предполагаю, что смысл в таком Максиме есть, потому что его масса, если она некритична для пользователя, позволяет филигранно контролировать отдачу от мощных мосинских патронов, что очень положительно сказывается на точности огня очередями.

Вообще, неприличная масса — это, пожалуй, единственный недостаток Максима, из-за которого его и старались заменить на что-то более эргономичное и мобильное, а в остальном, это практически идеальный пулемёт, отлично показавший себя не только в Первую мировую, но и в Великую Отечественную войну.

Но лично мне больше по душе «Печенег» или ПКМ, потому что они очень лёгкие и, при этом, не хуже Максима по убойности. Правда, они не могут вести непрерывный огонь так же долго, как Максим, потому что у него водянка, позволяющая вести непрерывный огонь примерно 4–5 минут, а если вовремя доливать воду, то и все 10 минут.

ПКМ позволяет непрерывно стрелять не более 1,5 минут, а «Печенег» — не более 4 минут, благодаря навороченному кожуху, гоняющему воздух по поверхности ствола, как шлюху по притону.

— Да-да-да… — прошёл я к соседнему брезенту.

А тут у нас лежат продукты интенсивной работы змеиного желудка. Змей не срал, где попало, а выбрал для этого дворик гимназии, на котором навалил груды непереваренных остатков.

Сложно сказать, сколько именно людей он высрал, потому что кости, в значительной степени, растворились, наверное, ради коллагена и костного мозга, но вот металл змей переварить не смог.

Среди его кала мы с Лапшой обнаружили элементы экипировки, хорошо сохранившиеся бронежилеты и каски, а также личное оружие и пластиковые девайсы типа раций, телефонов и прочего.

На основании исследования каловых масс змея, я и пришёл к выводу, что ростовцев было именно девятнадцать — это бьётся с количеством комплектов бронирования. Правда, их легко могло быть и больше, потому что не все носили броню. Всяким техникам и прочим ремонтникам броня не сказать, чтобы обязательна для круглосуточного ношения, потому что мешает работать.

Вскрытие телефонов покажет нам всё — и сколько их пришло, и какие цели они преследовали.

— Ядовитые гады… — задумчиво произнёс Проф. — Только этого нам не хватало для полного счастья…

— Они ведь даже хуже, чем другие твари, — покивал я. — Насколько мне известно, они и без мутаций могли месяцами обходиться без еды.

— Да, — согласился Проф. — Это резко увеличивает их опасность.

Если у них тоже есть «Экстракция энергии» и «Энергетический уровень», а у нас нет веских оснований считать, что у них их не имеется, то качество переваривания пищи и накопления энергии у них очень высокое, как у нас, поэтому они способны будут копить в себе огромные запасы килокалорий, после чего в дело вступает их замедленный метаболизм. В сухом остатке, мы получаем хищную тварь, которая может закопаться под землю на три-четыре метра и лежать там четыре-пять лет, а может и дольше.