Быстро расправляюсь с обоими сухпайками, а остальные решаю сохранить на трудные времена, потому что пусть они и чуть менее удобнее для транспортировки, чем пакеты с копчёным мясом, но зато вкусовые качества просто ебейшие.

После лёгкого перекуса на 6400 килокалорий, начинаю заниматься чисткой и приведением в боевую готовность найденного оружия.

Зря я собирал все эти винтовки, так как теперь, когда у меня есть около 4000 патронов 7,62×51 и 3000 патронов 7,62×54 миллиметра, я не буду юзать ни АКМ, ни М16, ни что-либо ещё.

Возвращаю всё ненужное оружие в оружейное хранилище и запираю в шкафах, а затем продолжаю чистку ПК.

В оружейке нашлись наборы для чисток и маслёнки, поэтому я быстро привожу пулемёт в состояние «мухи на нём еблись, но очень аккуратно».

Следующим этапом стало набивание пулемётных лент патронами и размещение их в пулемётных цинках. В отличие от того суданского ебобо, который юзал ПК неправильно, я снаряжаю и укладываю ленту правильно, а не как конченый долбоёб, чтобы не было клинов по весьма тупой причине.

Спустя два десятка минут, пулемёт был приведён к бою, но теперь нужно пристрелять его, а то я же не знаю, к чему и как пристреливал его предыдущий счастливый обладатель.

Выхожу во двор и двигаюсь в сторону стрельбища, на котором миротворцы поддерживали достойный уровень стрелковой меткости личного состава.

Но не успел я дойти до стрельбища, как услышал едва различимые вопли, доносящиеся откуда-то с юго-востока. Устремляю туда свой взор и переключаюсь на ЭМ-зрение.

В той стороне нихрена не видно, но звучит так, будто там бьются или страдают люди. Я не Супермен, чтобы мчаться на любые вопли, но мне стало нестерпимо интересно, что же там происходит.

Вооружаюсь ARX-200 и ПК, загружаю в рюкзак боеприпасы и всё своё движимое имущество, на случай, если придётся срочно съёбывать, а затем мчу в сторону воплей.

Примерно через полкилометра стали различимы ЭМ-силуэты и я сразу понял, что это не люди. Да, они похожи на людей по форме, но это точно не люди, так как не могут люди так прыгать и орать.

«Мартышки какие-то, что ли?» — озадаченно подумал я, медленно подбираясь к месту действия.

Очень быстро стало ясно, что это не брачные игрища, а современная война, бессмысленная и беспощадная: сравнительно мелкие обезьяны бьются, в битве насмерть, против обезьян покрупнее.

У каждой твари есть какое-то оружие — у кого-то в руке мачете, кто-то с топором, а кто-то использует самодельные копья с наконечниками из ножей.

Ещё я вижу какой-то металл на телах этих обезьян — похоже, что они понимают концепцию брони и активно юзают её для собственной защиты.