— Нет, у меня отец алкаш, а мама — инвалид, — покачала она головой. — Их съел наш дог.

— Эм-м-м… — растерялся Щека.

— Ладно, говори, что хотел, — улыбнулась Кузя.

— Да ничего я не хотел… — махнул рукой Щека.

— Ну, давай, мне интересно продолжение, — попросила его Кузя. — Может, это что-то новое для меня?

— Ладно, тогда я с начала начну, окей? — заулыбался Щека.

— Дерзай, — улыбнулась Кузя.

— Твои родители, случайно, не садоводы? — спросил он.

— Нет, — покачала она головой.

— Тогда откуда у них такой прекрасный цветочек? — спросил Щека.

— Фи… — поморщилась Кузя. — Слышала я и получше версии.

— Ладно, тогда другой вариант! — не растерялся Щека. — Твои родители, случайно, не охотники?

— Хм… — посмотрела с подозрением посмотрела на него Кузя. — Ладно. Нет, не охотники.

— Тогда откуда у них такая шкура? — ощерившись, спросил Щека.

«Дотеры…» — подумал я, закатив глаза.

— За такое можно и по зубам получить, — произнёс Ацетон.

— Да это же просто прикол! — сказал ему Щека.

— Ладно, это было забавно, — кивнула Кузя. — Но ты опоздал с этим на шесть лет.

Она показала левую кисть, на безымянном пальце которой было обручальное кольцо.

— Эх, жаль… — вздохнул Щека.

В конце концов, мы закончили разделку и я пошёл к портативному рукомойнику, чтобы умыть руки.

Повечерело — люди начали расходиться.

Всё продать мы не успели, и осталось шестьдесят четыре килограмма свинины.

— Мы же съедим это всё, да? — спросил Щека, когда мы собрались у торгового стола.

— Может, хотя бы часть, раздадим людям? — предложил я.

— А зачем? — спросил Щека.

— Ну, это было бы правильно, — пожал я плечами. — А так, получается, что наживаемся на общем горе.

— Нихрена себе — наживаемся! — возмутился Щека. — А если бы свинота откусила тебе жопу? Охуенно бы нажился, да⁈

— Не будь эгоистом, — попросил я его. — Не у всех есть возможность сражаться.

— Это бессмысленно, Студик, — покачал головой Проф. — Даже если будешь отдавать всё мясо гражданским, это не изменит ничего. В городе всё так же будет голод, люди всё так же продолжат умирать.

— Может, передадим излишек военным? — предложила Фура. — Чтобы они включили это в паёк людям? Заодно и лично возиться не придётся.

— А где гарантии, что они сами это не сожрут? — спросил Щека. — Или не выменяют на сигареты или бухло? Я отказываюсь подогревать вояк!

— Если хочешь, можешь взять двенадцать килограмм в качестве своей доли, — сказал Проф. — Но остальное нам нужно съесть. В гостинице есть холодильники — не испортится.

— А с фига ли ему вообще положено двенадцать кило? — возмутился Щека. — Проф, это хуйня какая-то!