После жестокого убийства свинопотама, состоявшегося две недели назад, нас так и держали на том же направлении, до тех пор, пока не был закончен западный участок стены.

Больше ничего серьёзного в те края не забредало — в основном собаки, сурки, а также несколько лис. Всё это приносило мне сущие копейки опыта, которых хватило только на поднятие одного уровня.

Сейчас я на 28-м и до 29-го осталось ещё 436 очков опыта.

За всякую псину дают десятки единиц, потому что убивается она очень легко, благодаря отточенной тактике, а крупное зверьё, почему-то, избегало нашего участка.

Зато Проф тоже поднялся на уровень, получив 18-й, а Щека набил два уровня, поднявшись до 16-го.

Фура подняла три уровня, достигнув 17-го, а Галя поднялась на один, до 21-го.

Я опережаю всех с большим отрывом, но он сокращается, потому что нужно всё больше и больше опыта, который слишком долго набивать на мелком зверье. Ну и нельзя сбрасывать со счетов то, что я — командный игрок и та же стая псин может сравнительно легко загрызть меня, окажись я один…

— Господа КДшники, — подошёл к нам старшина Новоникольцев. — Есть закурить?

Он из подразделения, обороняющего этот участок уже около полутора недель. Ротации никакой не предусмотрено, поэтому солдаты кукуют здесь днями и ночами.

На вид ему лет тридцать, одет в стандартную форму ВС РФ, но заляпанную угольной пылью с карьера. Экипирован по полной программе — в тяжёлый бронежилет и кевларовый шлем, а вооружён АК-12 с подствольным гранатомётом.

Особенности экипировки объясняются тем, что дела в регионе пошли очень не очень и нередко случаются нападения не только со стороны зверей, но и вооружённых огнестрелом людей.

— Может, ещё и выпить попросишь? — посмотрел на него недовольным взглядом Щека.

— И от выпивки бы не отказался, — усмехнулся старшина.

— Держи, — протянул ему Щека начатую пачку сигарет.

Новоникольцев вытащил из неё сразу две и одну из них закурил.

— Тишина? — поинтересовался он.

— Тишина, — кивнул я.

— Говорят, в городе стало совсем плохо, — произнёс старшина.

— Говорят, что да, — согласился я. — Но я только по слухам ориентируюсь — мы, почти как вы, каждый день на передовой.

— А что именно говорят? — уточнил Новоникольцев.

— Да всякое, — пожал я плечами. — Командование начало массовое изъятие огнестрельного оружия, будто бы на нужды фронта. Преступность резко возросла, социальная напряжённость повысилась, а в заверения руководства никто особо уже не верит…

— Прямо так плохо всё? — нахмурился старшина.

— А у тебя телефона, что ли, нет? — спросил его Щека. — В интранете, конечно, подтирают всякие дестабилизирующие сообщения, но их пишут слишком много, чтобы никто ничего не заметил.