Хочется верить, что завал не глухой…

Окончательно успокаиваюсь и выключаю фонарик, чтобы сэкономить батарею и не видеть лица Окуня.

Об остальных парнях, с которыми я познакомился только сегодня, стараюсь не думать. Лишь надеюсь, что кто-то из них смог выбраться и позовёт на помощь.

Разблокирую телефон, перевожу его в режим «Энергосбережение», отключаю «Bluetooth», «Wi-fi», вырубаю вибрацию и геолокацию, а также максимально понижаю яркость. Напоследок отключаю все приложения, потребляющие энергию на свою работу.

В настройках вижу, что батареи, в таком режиме, хватит на 12 часов 39 минут. Но у меня есть один полный пауэрбанк на 10 000 мАч в рюкзаке — если я смогу снять его и окажется, что его не повредило при обвале, то буду с телефоном вдвое дольше.

Пришла мысль, что надо и мобильную связь отрубить, что проще сделать через авиарежим. Но сейчас мне нужен интернет, чтобы связаться хоть с кем-нибудь.

Пишу оператору.

«Я под завалом помогите!»

Оператор не отвечал долгие двенадцать минут.

«Ты кто?» — спросил он.

«Константин Новиков БРАВО-6», — написал я. — «На проспект Дружбы в дом направили трупы преобразовывать».

«Прибирать», — исправил я ошибку автозамены.

«А, так ты выжил», — написал оператор. — «Под завалом?»

«Да!» — ответил я.

«Есть вода, еда?» — уточнил оператор.

«Воды литр в рюкзаке», — ответил я. — «Смогу снять или нет — не знаю».

«Если кто-то освободится, то направим на разбор завала», — сообщил мне оператор. — «Ожидай».

— Что значит, «если кто-то освободится», а⁈' — послал я голосовое.

Оператор ничего не отвечал минуты две, а затем прислал голосовое.

— Слушай, мальчик, — услышал я грудной женский голос. — У нас сейчас война, если ты не заметил. Вся БрАВО занята — тушит пожары, разбирает завалы и прибирает давно гниющие трупы. Ради тебя одного снимать группы с задачи — это нерационально. Если освободится кто-то, то пошлём. Во всяком случае, о тебе теперь знают — я послала сведения начальству.

Я даже не нашёл, что на это ответить. Всё правда — я ничего не стою, в глазах военных. Им выгоднее прибрать больше трупов, чем не допустить появления ещё одного…

«Ты добавлен в очередь на спасение», — написала оператор. — «Но очередь длинная, поэтому на многое не рассчитывай. Лучше думай, как продержаться подольше».

Меня же накрыло панической атакой. Я начал орать от отчаяния, а затем случайно дёрнул правой ногой и вспышка боли резко привела меня в чувство.

Утерев слёзы, пытаюсь сесть. Высоты «шалаша» хватает, но впритык.

Зато стало ясно, что есть доступ к рюкзаку.

Извернувшись, снимаю рюкзак и помещаю его себе на колени.