Реально странно посидели. Но тушенка с морковкой на ура залетели, мне понравилось.
Когда мы с Эсси покинули этого гиганта мысли и исполина духа и продолжили путь к маяку, то я вместо того, чтобы расстроиться и разувериться в своих силах, наоборот — воспрял духом. Что там про сложности и страхи говорил великий хоботоносный мудрец? Кажется, у Сан-Себастьяна есть герой, который нужен здесь и сейчас. Есть один патлатый ресторатор с двумя косичками, который ни хрена не боится и происходит из племени, национальная черта которого — упрощать сложное.
— Ты что, и вправду попробуешь закрыть Аномалию? — с некоторым испуганным восторгом в глазах спросила Эсси.
— Наверное, нет, — сказал я. — У меня есть другая идея. Ты вот что мне скажи — ты мне веришь?
— В каком смысле? Ты вроде мне не врал, так с чего бы мне тебе не верить? — насторожилась девушка.
— Ну, в смысле — доверяешь тому, что я делаю? — уточнил я.
— Э-э-э-э… Ну, на первый взгляд часто кажется, что ты творишь натуральную ересь, если честно, — задумалась она, а потом приподнялась на цыпочки и заглянула мне в самую душу своими этими блестящими глазками. — Но потом получается, что всё получается! Так что мой ответ — да! Могла я поверить, что буду полы мыть в забегаловке на окраине разгромленного упырями бывшего курорта, да еще и в Хтони? И что это будет мне нравиться? Не-а! Можно было себе вообразить, что на моих глазах плов из одного казана будут кушать гоблин, тролль, урук, три мародера, два князя, один хан и самый настоящий опричник? Никогда в жизни! Ты вообще умеешь всё разруливать каким-то невероятным, дурацким, но эффективным способом! А еще — я в тебя по уши влюблена, вот что самое невероятное. Но это — есть. Так что веди меня, великий и ужасный вождь, я — твоя верная соратница и боевая подруга! Я в тебя верю!
— Вот! — сказал я и жизнерадостно улыбнулся. — Это я и хотел услышать, милая моя, солнышко лесное. Держись крепче!
И подхватил ее на руки, и прижал к себе, и, не слушая возмущенные писки, побежал огромными шагами вперед — по улице с романтичным названием Майская, туда, где виднелась на фоне рассветного неба бело-ржавая башня Сан-Себастьянского маяка.
Глава 21 Эпицентр
Пляж состоял из человеческих останков. Хрустели под ногами ребра, таращились пустыми глазницами черепа, торчали тут и там берцовые кости. Чистая мерзость и кошмар. Потому эльфийку я не отпускал — даже напротив, усадил себе на плечи. И мне приятно, и ей не противно, и из штуцера прикроет в случае чего. Чтобы попасть на пляж, пришлось миновать покрытый коростой из черной плесени и странных багровых цветов трехэтажный дом, по щиколотку погружаясь в зловонную жижу, пройти по дороге, пробраться по заросшему искореженными хтоническими миазмами деревьями дворику, скрипнуть ржавчиной ворот с жестяными якорями на створках…