Табурщики соответствующей стихии пытались вспомнить, как пользоваться силой, и даже добились каких-то скромных успехов, откидывая землю в зал.

Зёма ощутил вибрации и пошел навстречу из леса.

Я вывел адекватных и девочку, а потом направился позади психов. Мои люди уже штурмовали базу. В любую минуту могли отдать приказ о уничтожении объекта. Мне необходим был доступ в архив.

В этой суматохе я нашел главного тюремщика.

Сокол Макаров, к сожалению, в архив не пошел. Нажал кнопку на личной командной панели и судя по вибрации прошедшей по зданию, спрятанная в его недрах комната перестала существовать.

Дерьмо! А какой компромат мог получится. Я не знал, какой дар у начальника тюрьмы, и не стал вступать в прямое противостояние. Вместо этого бросил сферу плазмы и ретировался под звуки взрыва. Прошелся по базе невидимым смерчем, выводя из строя все что только можно, в первую очередь всю аппаратуру, а когда глушилки сдохли, уловим монотонный сигнал.

— Зять ответь Дядьке. Зять ответь Дядьке.

— На приёме, — отозвался я.

— Выводим пленников, отступаем. Как принял?

— Причина?

— Сильные потери. У противников два десятка шагачей.

Нихрена ж себе расклады. Понятно, что тюрьма хорошо охранялась, но тайный ангар с таким подразделением, это перебор.

— Принял. Уходите. Я тоже сваливаю.

Уже было не до конспираций. Я вскрыл лазером люк на крышу и выскочил.

На секунду замер. На меня обернулось отделение бойцов, тяжелые пулеметы, снайперские винтовки и гранатомёты. По углам четыре турели. Над самой крышей быстровозводимый бронекупол с парой прорех и вмятин. Ну охренеть.

Я использовал вспышку, выжигая сетчатку всем. И размазался в ускорении на ходу соткав в ладони световой меч. Пинком отправил первого противника через парапет, срезал турель. Снова вспышка и рывок. Апперкот, и макаровец в тяжелой броне подлетает прямо на турель, которая сразу же перестаёт стрелять.

Я срезал и её, сбросив вниз.

По мне всадили две коротких очереди с пулемёта, а затем молниевик саданул с двух рук. Такого я не ожидал. Ушел в ускорение, но молния оказалась быстрее.

Меня выбросило с крыши. Сознание на миг пропало, а когда вернулось, я обнаружил себя на поляне на куче осколков. Доспех сдержал урон, но не без последствий. Болело вообще всё. И под броней, явно будут гематомы.

Я кое как поднялся. И бросился прочь, хорошо, что уже ни заборов, нихрена не было.

Голова кружилась. Из носа почему-то только сейчас хлынула кровь. Я двигался на звуки боя. Увидев вдали блестящие спины вражеских шагачей, оперся о дерево и воззвал к дару Благих. Гойле нехотя откликнулось. Похоже, применение вчера Климом сказалось. Я кое-как себя подлатал, вернув ясность сознания и даже смог накинуть невидимость, заходя со спины к первому шагачу.