Нда. Я поднял её покрутил. Она лишь глазами хлопала. Ладно, потом разберемся.

Я взял мелкую с собой. Мы уселись в машину, и погнали. Спереди и сзади пристроилось два авто сопровождения.

По пути я заслушивал доклад.

— Взяли языка в тюрьме. Запираться он не стал в обмен на обещание жизни. Оказывается, там был протокол «Капкан». Повезло, что мы хорошенько насовали Макаровым и капкан оказался без зубов. Иначе бы мы все там и остались. Финальная стадия предполагала Активацию двустороннего кольца с помощью десанта с вертушек. Но не было людей. Мы всех нейтрализовали.

— То есть мы не осилили даже половину контингента базы? — уточнил я.

— Получается, что так. Но и нас была-то всего сотня. А там с шагачи и с ними все сплошь четвертый-третий ранг. Большая удача, что не только сами ушли, но и заложников вытащили.

— Что, кстати, по ним?

— Три десятка человек, разной степени адекватности. С ними работают лекари. Пока все, кроме одной, — он кивнул на мелкую, — на препаратах под охранной. Был один случай побега — летальный. Но там с головой беда.

— Личности выяснили?

— У всех кроме одной, — он опять покосился на ребенка.

— Тебя как зовут, чудо? — посмотрел я в её большие ясные глаза, но она ничего не ответила.

Вот, блин, еще одна проблема на мою голову.

— Я звонок сделаю, — предупредил я. И активировал «щебет». — Так, хацкер недоделанный, с Лерой связь дай.

— А чего недоланный то? — оскорбился клавиатурный воин.

— А то, что я доклада по операции «троянский конь» так и не увидел.

— Всё будет. Через пять минут.

Прошло секунд тридцать, и мой фотограф в газете «Тхамна» взяла трубку.

— Чудо моё объективоглазое, — распелся я соловьём, и Лера сразу заволновалось.

— Что-то случилось?

— Чемодан, аэропорт, как можно быстрее. Чтобы была в Екатеринграде.

— Поняла! — бодро откликнулась она и отключилась.

За прошедшее время Лерка научилась недурно писать. И даже подготовила себе замену на такой вот случай командировки.

— Пресс-релиз состряпаем, — пояснил я родичу. — Грустные фото изможденных пленников с именами и кратким слезливым рассказом.

— Макаровых в говне утопят, — осклабился Клим.

— Не думаю. Там запас прочности большой. Но союзников у нас прибавится.

— Кстати, про них. Уже пришла куча народу из тех, кто служил раньше у Благих. Просят аудиенции. В основном старики, но и молодежь попалась, знаешь, из тех, что даже не застали нас в рассвете, но с понятиями чести. Мол, предки служили, жизнь не пожалели, мы чем хуже.

— Отсобиседуем всех, — кивнул я. — Бойцы, лекари есть?

— Есть. Но единицы. Больше простой рабочий люд.