После объятий я внимательно разглядывал его. А поскольку всё еще было рукопожатие, то и лекарским взором нырнул, получая более подробную картину. Недавние, ожоги, перелом кисти, гематомы в расчет не берем. А вот сквозная рана была опасна. Судя по остаточным следам зон повышенной регенерации техника или меч вошёл ровно между ребер, пробил легкое. Видимо, рядом оказался толковый лекарь.

Я вздохнул. Ну хот с ушедшими он не пытался бодаться. Не его уровень, честно говоря.

— Как мама, сёстры?

Отец поджал губы.

— Мама хорошо… сёстры днём в группе сопровождения Седовласки. Я не смог их удержать. Всё равно бы сбежали. Так что ложась спать, после ночных сражений, я боюсь, что разбудят меня плохие новости. А Славик… он настоящий герой.

— Про него можешь не рассказывать. Я же среди вояк в основном. Так что наслышан.

— Время, Благой, — напомнил Ржевский.

Я кивнул.

— Вон та яма мне не нравится, — я указал на слишком правильно обрушенный дом.

— Зайдём вчетвером пощупаем. Если я прав, то дальше будем действовать, как скажу.

Едва мы приблизились, как дар пробился через толщу камня и земли, я ощутил присутствие живых.

— Третий ранг — четыре. Два — второго. Остальные еще меньше. Группа в полсотни рыл, — коротко отрапортовал я.

Дядька кивнул и пустил кровавую лиану. Она словно живая полезла по камням и начала искать путь вниз.

— Туда, — обозначил направление родич через пару минут.

Я осторожно прорезал дыру в бетонной плите, и мы оказались у дверцы, сделанной дендро-табуром.

— Что и требовалось доказать, прошептал я.

Короткий бой описывать не буду. Обычная процедура вытравливания крыс из норы.

Два пленных и сорок четыре трупа. Неплохой улов для начала дня.

Мы вызвали следственную группу и отправились на башню.

— Весь город я обойти не смогу, — начал я говорить. — Сейчас получим картинки и видео, и определим самые вероятные точки укрытия противника и начнём выявлять и зачищать. К ночи нам нужно обезопасить город от пособников вторженцев.

Через пару часов на стол легло здоровенное полотно. Если смотреть вот так с высоты, то были видны очевидные укрытия, замаскированные за обваленные здания, либо, наоборот, сохраненные в целостности, хотя очевидно, что там по-другому волна от техники бы шла.

— Давай вертушку, — сказал я Ржевскому. — И я прямо по секторам полечу. Если, где почувствую людей, хотя их там не должно быть, отмечу, и начнём зачистку.

Облёт закончили часа за четыре. Я передал координаты только Ржевскому, ибо лозутчиков в нашем стане никто не отменял. Так что группы узнают, куда лезут, только перед непосредственной высадкой.