Встреча происходила в одном из складских помещений корпорации, вернее, в кабинете начальника склада, что приютился в тихом промышленном районе города, добраться куда инкогнито для моего собеседника было много проще, чем войти в центральный офис. В здании сейчас было пусто: возможную слежку проверила Эмма своей телепатией, нынче дежуря снаружи за дверью, чтобы нам точно никто не помешал, все лишние электронные устройства в кабинете отключил я своей силой, ну а попали мы сюда… тоже, в общем-то, на мне, ведь, как уже было сказано, я не лишился Космической Силы, так что легко мог и летать, и окружить нас маскировочным барьером.

— Мутанты, наши проблемы и дальнейшая жизнь, — нарушаю тишину, когда мы оба заняли место за столом. — Для начала как это видишь ты?

— Война, — мрачно отозвался он. — Что бы мы ни делали, всё в итоге сведётся к этому. Это вопрос эволюционной гонки. Как хомо сапиенс истребили неандертальцев в борьбе за ареал обитания, так хомо нео будут бороться за своё место под солнцем с этими самыми сапиенсами.

— Смею надеяться, что цивилизация немного продвинулась от деревянной сохи и дубины.

— Да, дубина теперь ядерная. В остальном же отличия минимальны — те, кто имеет власть, не отдадут её добровольно. Даже понимая, что сопротивление бессмысленно или грозит им самим больше, чем противнику, они не отступят без боя. Никогда не отступали. Нигде. Менялось только оправдание готовности проливать кровь, да и то… — Магнус дёрнул щекой.

— Редко кто-то может придумать что-то кроме религии и происхождения, — кивнул я, разливая по чашкам чай.

— Верно, — опустил взгляд на чашки Магнето. — Я не фанатик и знаю цену горю войны, но как бы я ни хотел иного, всё неизбежно сведётся к иррациональной озлобленности, расчеловечиванию нас со стороны СМИ. Само слово«мутант» уже оскорбительно. Негативно. Оно предполагает угрозу. Отвращение. И будет так, как это было раньше: людям расскажут, что они исключительные, что их особенно любит Бог, и так любит он только их. У них самые правильные обряды поклонения Ему, самая лучшая история, самая богатая и благородная культура. Но есть чужие. Есть не такие, как они. Те, кто несёт неправильный генетический код. И вот уже добрые семьянины, примерные матери, порядочные налогоплательщики будут с нескрываемым негодованием и злобой ожидать, когда же правительство наконец перестанет жевать сопли и решит угрозу этих других радикально. И, наслушавшись с трибун самых горластых, наглых и безнравственных лжецов, все эти добрые, порядочные люди одобрят всё: новые концентрационные лагеря, газовые камеры, стерилизацию и самые массовые репрессии. И даже когда придут за их ребёнком, всё равно найдут оправдание себе и власти, лишь бы не терять свой уютный маленький мирок.