— Знаю, — карлик хмыкнул, — но я очень заинтересован в лекарстве. И если бы вы заверили, что щелчком пальцев вернёте мне нормальное тело, я бы уже с вами попрощался. Так что я понимаю, на что подписываюсь, и рад, что вы всё честь по чести сказали, босс!

— Но со мной, полагаю, всё не так просто? — скривил губы в печальной ухмылке мужчина, что, как оказалось, был несколько старше, чем выглядел.

— Буду откровенен, вопрос с компетентной СБ у меня очень остро стоит уже давно, и кадры мне нужны. Проблема в том, что я не могу вам доверять.

— Разумно, — кивнул он. — Но хоть Юру пристроили, уже спасибо.

— Я не закончил. Есть предложение. Но оно… жёсткое.

— На ошейник с бомбой или инъекцию яда не соглашусь, — покачал головой разведчик.

— Не потребуется. У меня есть знакомый телепат. Я предлагаю сыворотку правды и чтение. Если всё будет нормально — полноценная присяга, как монарху Латверии, с получением гражданства.

— И тогда в случае предательства или иного«монаршего неудовольствия» вы сможете меня приговорить и повесить на месте.

— С некоторыми нюансами, на территории США это будет сделать проблематично, но… да.

— А знаете, я согласен! — усмехнулся чекист.

— Игорь, ты серьёзно? — спросил его на русском Юрий.

— Да, Юр. Я понимаю его резоны. Откровенно говоря, на его месте я бы поступил так же, если не жёстче, или вообще бы отказал на месте: он нас первый раз в жизни видит, и у него нет никакой гарантии, что мы не являемся шпионами нашей бывшей Родины.

— Что же, рад, что мы пришли к соглашению, товарищи, — включился я в их беседу, также переходя на русский, — но вообще, это было очень невежливо!

— О! — дружно выдохнули мои собеседники.

— Тц… А я и не знал, что вы знаете русский, да ещё на таком уровне.

— Я ещё и«Капитал» Маркса читал, а портрет товарища Сталина в кабинет не повесил только потому, что не хочу доводить до инфаркта ребят из Пентагона, — признался я.

— Пха-ха-ха, словно вновь дома! — развеселился Игорь.

— Н-да, знали бы, сразу к вам обратились… — тоже улыбнулся Гаргулья.

— Что же, рад, что мы нашли общий язык. Теперь давайте обсудим конкретные обязанности и оплату. Кстати, о вашей деятельности известно спецслужбам США?

— Разумеется… нет! — даже чуть оскорблённо ответил разведчик.

— Эх, жаль. А то я уже предвкушал лицо Ника Фьюри, узнавшего, что теперь на меня работает«кровавая гэбня ». А уж как будет «рада» мисс Романофф…

— Фьюри же мёртв давно? — удивился чекист. — А вот то, что эта сука ещё коптит небо, то наша недоработка, да…

— Ну, сегодня утром он был жив, — развожу руками. — Или кто-то, кто себя им называет и сделал очень хорошую пластику, чтобы быть неотличимым от его фото в некрологе. Касательно второго — я догадываюсь, как ваша контора«любит» Наташу, но давайте ваши разборки оставлять на свободное время, не втягивая в это меня, окей?