— Я его невеста и поеду с вами.
А потом в машину в буквальном смысле запрыгнула заплаканная Лена.
Глава 5
Россия. Москва, Краснодар; Дания. Копенгаген. 12 — 16 ноября 2005 года.
Благодаря сопровождающим нас милицейским машинам с мигалками мы быстро добрались до ближайшей к стадиону городской клинической больницы имени Фёдора Ивановича Иноземцева. За нами следом подъехал оператор, который снимал обследование и замечания врача на камеру. Как объяснил Андрей Викентьевич, запись нужна для исключения недомолвок, ведь случай атаки на меня практически беспрецедентный.
К этому делу уже сейчас подключились международные юристы Российского футбольного союза. Хотя, как по мне, могли бы и просто фотографию моего лица сделать, зачем эта видеозапись?
То, что такое агрессивное нападение, которому я подвергся, никогда не происходило и не произойдет до середины 2019 года, я знал очень хорошо. Одиннадцать лет назад, в 1994 году, на чемпионате мира итальянец Мауро Тасотти сломал локтем нос испанцу Луису Энрике. В результате итальянец был отстранён на восемь матчей Кубка мира.
Уже в следующем году на чемпионате мира француз Зинедин Зидан боднул головой в грудь итальянца Марко Матерацци и получил красную карточку. В 2009 году защитник «Реала» Пепе несколько раз ударил ногами игрока «Хетафе» Хавьера Каскеро, после чего заработал десять матчей дисквалификации. В 2010 году сербские болельщики избили вратаря национальной команды Владимира Стойковича перед матчем отборочного турнира Евро-2012 против Италии. В 2014 году австрийца Исмаила Гюндуза отстранили от футбола на семьдесят матчей за удар головой арбитра, которого увезли в больницу.
О том, что уругваец Луис Суарес любит кусать игроков на поле, не знает только ленивый. Но чтобы умышленно бить ногой по лицу и замахиваться на лежащего? Нет, такого никогда не было. Но турки меня не удивляют. Сейчас это очень агрессивная команда. Да и от такого обидного поражения у кого хочешь тормоза сорвет. Ведь они тоже пытаются прорваться на чемпионат мира, но, скорее всего, туда пройдем мы.
Сначала мне сделали рентген, и, наконец, сняли неудобный шейный корсет, и я с облегчением выдохнул. Переломы были, но не челюсти, а двух нижних зубов в области шейки. Была небольшая трещина возле глазницы, а там, где выбили два зуба, откололся небольшой кусочек кости. Но челюстно-лицевой хирург, который зашил разрыв губы в полтора сантиметра и наложил три шва на бровь, заверил меня, что всё не так страшно, могло быть гораздо хуже. Затем, чтобы не порезал об острые края язык, мне спилили бормашиной осколки двух зубов и повезли на МРТ.