Ирландец в очередной раз удивил мою команду. К основному времени этот нехороший человек добавил аж шесть минут! Откуда он, сука, их взял⁈ Но я был спокоен, так как верил в общую победу. Вряд ли датчане смогут забить два гола.
Нам было тяжело, но мы выстояли. Правда, Юру Жиркова удалили с поля прямой красной, и мы доигрывали матч вдевятером. И вместо шести минут отыграли все восемь или девять. Явно кто-то в УЕФА не хотел видеть нашу сборную в финальном турнире молодёжного чемпионата Европы. И почему нас, русских, так не любят? Что мы сделали плохого?
В раздевалке царило ликование. Орали так громко, что нас было слышно, наверное, даже на улице. Подкидывали полотенца к потолку, обливались водой из бутылок и танцевали. Зашли представители РФС и официально поздравили нас с выходом в финальную часть молодёжного первенства. Пообещали даже премиальные. Может быть, на этот раз мне «люди сверху» подарят русский танк? А что, прикольно было бы разъезжать по Валенсии и эпатировать народ.
Я стоял под душем и наслаждался живительными струями воды. Открылась дверь, и в душевую влетел радостный Ещенко и прямиком направился ко мне.
— Откуда ты знал, что мяч отлетит ко мне? Ты поэтому сместился на мой фланг и ждал передачи?
— Догадывался. На самом деле хотел успеть ко второму тайму матча в Стамбуле и своими глазами увидеть наш выход на Мундиаль, — с серьёзным видом ответил я.
Все, кто это слышал, засмеялись. В это время в душевую заглянул наш тренер Андрей Дмитриев и громко сказал:
— Парни, скоро матч в Стамбуле начнётся. Если мы поторопимся, то второй тайм точно посмотрим.
После его слов последовала вторая волна смеха. Ребят уговаривать не пришлось. Через полчаса мы были готовы выехать в отель. По дороге к автобусу я встретил господина Пребена.
— Поздравляю вашу команду с заслуженной победой! Судейство, конечно, было странным. Я всегда считал, что побеждать должны сильнейшие. Мне очень стыдно за судейский корпус УЕФА, — искренне сказал пожилой мужчина. — Желаю вам, Александр, успешной карьеры и стать лучшим футболистом этого столетия!
— Спасибо за добрые слова, господин Пребен, — ответил я и тепло обнял датчанина.
Отель находился недалеко от стадиона. Приехали как раз к началу второго тайма. Пока отнесли вещи в номера и собрались в конференц-зале, уже шла пятьдесят третья минута. Счёт был 1:1. Комментатор вёл трансляцию на английском языке, который многие из нас не понимали. Я был единственным человеком в команде, кто в совершенстве владел английским. Поэтому мне иногда приходилось переводить его комментарии.