Мучили меня долго. Дамы заходили с разных сторон, задавали на диво профессиональные вопросы, в общем, уже вскоре я здорово припотел. Раскрывать использование огнестрела мне не хотелось, но что — то мне подсказывало, что настырность Нессы была связана именно с ним. Слухи о моем им использовании в ходе зимней войны за фьеф в данном контексте даже само по себе неприятно, а после как «фер Вальгерд» того убийцу прилюдно из пистолета расстрелял, еще и обрели железную достоверность. В общем, сейчас я находился на грани получения ни к чему не обязывающей просьбы — посмотреть, и последующего настоятельного желания купить у меня неизвестное в Аэроне магическое оружие — или если угодно боевой артефакт. На что я конечно же согласиться не мог.

Словесные кружения на измор продолжались долго, девушка как мне показалось развлекалась, но в конечном итоге «волчьи петли» надоели и ей и Ее Высочество озвучила свои мысли прямо:

— Вы не говорите мне всей правды, фер. Признайтесь уж, что использовали свой метатель. Десятеро хороших воинов двоих без сильной позиции изрубят не заметив их. А у вас он и у фера Вальгерда есть. Геройству в таких рассказах место нет, но вас двоих любой благородный господин оценит.

— Не понимаю, о чем вы. — как можно более мягко улыбнулся я. — Что же до фера Вальгерда, то за его оружие спрашивайте его, а не меня, Ваше Высочество!

Дамы за столом охнули.

— Можете быть свободны! — голос Нессы прямо замораживал воздух.

Я встал и вежливо раскланялся.

Так хамски резать интерес принцессы было, конечно, необязательно, но я видел, что слезать с меня Несса не собиралась. Так что шансов разойтись добром у меня просто не было. Любой мой шаг за границами отведенной тропы вел к ухудшению взаимоотношений. Что хотели то и получили. Помирятся. «Меченых» в Империи и так немного, а Хелы тем более. Нельзя позволить кому попало столь легко себя прогнуть.

* * *

Ночь ознаменовалась очередным происшествием. В «Белом лебеде» в комнату к Иванычу попытались влезть два каких — то ухаря. Застать врасплох старого опера не удалось, просочившийся первым неудачник остался в ней с вспоротым горлом, но ночь феру Вальгерду и репутацию постоялого двора они, конечно, испортили.

Когда я появился на месте происшествия, труп, конечно, давно убрали и даже замыли кровь, но жирный хозяин по — прежнему бегал по заведению растревоженным каплуном. Заведение относилось к разряду респектабельных и ночное появление в его охраняемой жилой зоне воров, или того хуже убийц могло здорово отразится на доходах.

Иваныч сидел на столе у окна с открытыми ставнями.