— Как вы смеете, — я нервно облизала губы, теряясь в собственных мыслях. — Я никогда бы не стала воровать. Это ниже моего достоинства! Мне их просто подарили.

— Дядя с простреленным животом? Промолчал, значит, согласился? — спросил Искандер, поднимая брови.

— Вы будете упрекать меня этикетом? — спросила я, закусив губу.

— Нет. До меня дошли слухи, что король Ивернеса объявил свою дочь вне закона, — послышался голос пирата. — И когда закончится война, собирается жениться повторно.

— Это неправда, — прошептала я, понимая, что не хочу в это верить. — Я все еще представитель Ивернеса!

— Слышишь, плавучее государство, — на губах пирата появилась улыбка. — Не тешь себя ложной надеждой. Принцессы — это разменная монета.

Монетка подпрыгнула на большом пальце и упала ему на ладонь. Гербом вверх.

— Смирись с тем, что ты больше не принцесса, — голос пирата был хриплым и тихим. — Такое бывает…

— Хорошо, — горько вздохнула я. — Я попробую.

А потом подняла глаза.

— Тогда можно я поиграю на губной гармошке. Она меня успокаивает, — спросила я.

— За бор-р-рт! — заорал Кракен. — Ср-р-разу за бор-р-рт! Вместе с гар-р-рмошками! И не успокоиться, пока акулы не начнут мелодично пер-р-рдеть!

— Ты больше не принцесса Ивернеса! — слышала я голос, собирая юбку складками на своих коленях. — Это значит, что ни твой отец, ни старый казначей не станут подставлять трубочки губ для поцелуя. Ты же помнишь наши условия? Я снова тебя спас. Поэтому ты кое — что должна.

Я подняла глаза, вздохнула и посмотрела на красивое лицо пирата.

— Только при условии, что никто не видит! — сдалась я. — И вы никому не расскажете!

— Искандер-р-р! Давай быстр-р-рее и беги р-р-рассказывать всем! Каждому по тр-р-ри р-р-раза! Чтобы запомнили! — ржал Кракен.

Я посмотрела на него с осуждением.

— Хор-р-рошо, я отвер-р-рнусь! — произнес попугай, демонстративно садясь к нам спиной.

Немного помедлив, я посмотрела на пирата.

— Я могу отблагодарить вас, как угодно? — спросила я, понимая, что может мне и хочется его поцеловать, но не при таких условиях. Ой! Неужели мне бы хотелось его поцеловать?

— Как посчитаешь нужным! — произнес Искандер, ловя мой взгляд.

— Лучше р-р-раздетой! Это самая большая благодар-р-рность! — вставил попугай.

— Если так, то закройте глаза, — произнесла я, поглядывая по старой привычке на двери. — Протяните руку!

— Главное, чтобы не ноги! Я не смотр-р-рю! — послышался голос Кракена. — Я пр-р-редставляю!

— Хорошо, — произнес пират. Я смотрела на его ладонь, а потом сгребла золото с кровати. И высыпала ему в руку.

— Спасибо большое, — улыбнулась я, глядя на горсть золотых монет.