— Я отойду. Мне позвонить надо. — донеслось из палаты.

Ну иди, подумал Я и разложил все остальные вещи на полу.

— Не густо.

Взял свою флягу с живцом, открыл и сделал пару глотков. Кайф. Не то пойло, которым меня тут пичкали. Разную полезную мелочевку рассовал по карманам. Обе ракетницы зарядил и сунул в боковые карманы куртки. Флягу, остатки запасов сникерса и прочее закинул в рюкзак.

Когда я вышел из палаты, Йен уже стоял в коридоре. Мила немигающе смотрела на меня. Ее лицо не выражало никаких эмоций. Словно восковая маска. Я не удержался и поцеловал девушку в щеку.

На ее лице в долю секунды промелькнула такая гамма эмоций, что не всякий актер отыграет. Так-то лучше, а то строит из себя киборга. Я развернулся и пошел, сдерживаясь, чтоб не заржать. Эмоции хлестали через край. Вокруг живые, мать их, люди!

Мы с Йеном прошли по коридору, спустились на три этажа вниз по лестнице, прошли через приемную и оказались на улице.

Я с наслаждением втянул воздух и шумно выдохнул. Больница была во дворах обычного квартала. Мимо пронесся черный внедорожник. На улицу вышли несколько сотрудников в белых халатах и дружно закурили. У крыльца остановились сани, в которые были впряжены четверо оленей. Возница — чукча, одетый в шубу из шкур все тех же ездовых животных.

— Ахренеть! — только и смог выдать я.

— Подвести докуда? — спросил мужик без малейшего акцента.

— Пока не знаю. — сказал я.

Из больницы выскочила Алиса, одетая в красную куртку и серую шапку. Нижнюю половину лица закрывал шарф. Она помахала мне и побежала куда-то направо вдоль улицы.

— А чего Лиса всегда замотанная ходит? — спросил я у Йена.

— Не знаю. Может, у нее улыбка как у Китаны из «Мортал комбат».

— Да иди ты.

— Да кто ее знает. Может, специально загадочности напускает. Покажет лицо только своему мужу после свадьбы. Это ж бабы, у них и так на чердаке ферма тараканья, а уж что за выверты их психика может сделать тут, даже задумываться не хочется. А чего, понравилась что ли?

— Да ничего такая.

— Даже не думай. Жердь тебе сразу яйца отрежет. Она ему как родная дочь. Он за нее любого в порошок сотрет. Сколько таких героев к ней подкатывало, и где они все?

— Где?

— А вот никто не знает.

Я улыбнулся.

— Куда теперь?

— Не знаю, тебе видней.

Это точно.

— Начнем, пожалуй, с экскурсии. Давай прокатимся, ты мне расскажешь и покажешь, что да как.

— Тут за один раз все не рассказать.

Мы уселись в сани.

— Командир, давай по достопримечательностям нас прокати. — сказал я.

Мужик рассмеялся.

— Какие тут к черту достопримечательности. На центральных улицах сугроб не желтый, стена у города высокая, больницу ты уже видел. Вот и все места.