— А хароший эда бэз мясо нэ бываэт. Паэтому важно эго эст! Всэ сходытся!

— Возможно… Надо не забыть рассказать про это Доку. Может он что-то поймет?

— Обязатэлно расскажэм. Кюшай…

Факел дожег остаток пропитки и, потрескивая, потух аккурат к окончанию трапезы. Багир некоторое время размышлял, не пропитать ли его маслом от сардин, затем решил, что вони с него, пожалуй, хватит, поднялся, взял у Марио последний рабочий источник света и пошел смотреть, как там двигатель. Двигатель чувствовал себя нормально, поэтому он, крикнув, «Гэнэратор подключаю, да!» дернул какой-то рубильник и обороты двигателя с воем просели.

— Все в порядке? — тревожно осведомился Марио.

— Нет… Да! Я ишак просто! Нагрузка дал, а мощност нэ дал! Харашо патрэбытэл атключыл, а то бы сэйчас заглушыл, снова давлэний крутыт бы прышлос… Так… Абароты эст, сэйчас снова папробую свэт дат. Пробую…

Щелкнул рубильник. Плафоны аварийного освещения были не то, чтобы очень яркие, но после долгого блуждания в полумраке, разгоняемом только узкими лучами ручных фонарей, их свет буквально ударил по глазам. Прикрывшись рукой, Марио некоторое время привыкал, затем встал и, выйдя наружу, осмотрелся. Теперь, когда появилось освещение, можно было оценить масштабы предстоящей работы. Машинное отделение выглядело, по сравнению с «Интернационалом», просто громадным. Большую его часть занимали два двигателя размером с двухэтажный дом каждый, опутанные техническими галереями. От них вверх уходили трубы коллекторов, сопровождаемые лестницей.

Основные генераторы и вспомогательные механизмы, судя по всему, должны были находиться за водонепроницаемой переборкой, пронзенной валами винтов. Там же, если верить надписям, располагались мастерские, кладовые и жилые помещения для механиков. Интересно, это уже считается «коридором ведущим в румпельный отсек»? Скорее всего да. Не спали же они все это время на полу? Наверняка заняли пустующие каюты технической службы. Словно подтверждая эту догадку на другом конце отсека отворилась дверь и оттуда выглянул, удивленно косясь на горящие лампы, человек в форме охраны.

— Это вы свет включили?

— Мы, синьор… — Марио сделал галантный полупоклон, узнав в нем по голосу первого из своих собеседников, — Решили, что так будет проще заниматься остальным. Фонари у нас уже все закончились, пришлось пустить в ход факел.

— Серьезно?

— Абсолютно, синьор! Современные машины и древний как история факел. Представьте себе этот контраст.

— Я не про факел. Я про то, что вы серьезно настоящие механики?

— Э! Самнэваэшься, да⁉ — из помещения с генератором, вытирая руки ветошью, вышел, гордо выпятив грудь Багир. — Ми тэбэ правду рассказылы, а ты нам нэ вэрыл. Стыдно, да?