Все грохнули со смеху, даже Дарья, забыв про строгость, прыснула в кулак.

— Вот тебе и новоселье с почётным караулом, — хохотал Илья, помогая Гришке избавиться от воинственного петуха.

В конце концов, всех кур переловили и водворили на новое место. Петух, словно смирившись с переездом, важно прошествовал в курятник сам, будто так и задумал с самого начала.

К полудню основные хлопоты были позади. Пелагея расстелила в новой горнице домотканую скатерть и выставила угощение — хлеб, солёные огурцы и квас.

— Заходите, люди добрые, отведайте хлеба-соли в новом доме! — приглашала она, раскрасневшаяся от волнения.

Мужики не заставили себя упрашивать. Расселись на новых лавках, с одобрением поглядывая на ровные стены и добротную печь.

— А что, хорошо получилось, — Петр провёл ладонью по гладкому дереву. — Не дом, а загляденье.

— Ещё бы, — кивнул Фома с гордостью. — В таком и помирать не страшно.

— Типун тебе на язык! — всплеснула руками Пелагея. — В новом доме о смерти не говорят!

— Это я к слову, — смутился Фома. — Значит, долго жить будем.

Новосёлы были довольны, дома и впрямь вышли добротные — просторные, светлые, с хорошими печами.

После обеда я отозвал в сторону Захара и остальных служивых.

— Насчёт таунхауса, — начал я. — Решил его переделать.

— Это как? — нахмурился Захар.

— Каждую комнату разделим ещё на две, чтобы у каждого служивого была своя. Для порядка и удобства.

Захар почесал в затылке, обдумывая предложение.

— А что, дело говорите. Так-то сподручнее будет. Каждому своё место, да и приятнее, чем в ангаре. Мы то люди служивые, конечно, привыкли к неудобствам, но там то да — лучше будет.

Мужики со служивыми буквально сразу же пошли работать. Степан с Прохором пилили доски для перегородок, Илья с Петром устанавливали их, а служивые помогали с крепежом и подносили материалы.

— Не криво ли ставим? — сомневался Илья, примеряя очередную доску.

— В самый раз, — заверил его Петька, прищурившись на перегородку. — Ровнее некуда.

До вечера с работой управились. Последним делом перетащили топчаны из ангара.

— Тесновато будет, — заметил один из служивых, примеряясь к своей новой каморке.

— Зато своё, — отозвался другой. — Не то что в остроге, где на одних нарах по десять душ.

Когда последний топчан был установлен, Захар окинул взглядом проделанную работу и вдруг предложил:

— А что если сюда со временем новые топчаны сделать? Добротные, с ящиками под ними для пожитков?

— Это зачем? — спросил я, хотя уже догадывался о его мысли.

— А затем, что эти потом обратно унести, и в случае чего на окраине деревни можно будет стражу нести посменно. Одни дежурят, другие отдыхают. И переночевать будет на чем.