Я одобрительно кивнул. Захар мыслил правильно — деревня росла, и вопросы безопасности становились всё важнее.

— Хорошая мысль. Сам предложил — сам и решай с новыми топчанами.

Солнце уже садилось, когда мы закончили с переделкой таунхауса. Уставшие, но довольные, мы стояли перед рядом маленьких, но опрятных комнатушек.

— Ну вот, теперь у каждого свой угол, — сказал я. — Обживайтесь.

— Благодарствуем, — поклонились служивые.

Я посмотрел на новые дома, на довольные лица людей и подумал, что день прошёл не зря. Деревня становилась настоящим поселением, а люди — общиной. И в этом была своя сила, которую нам ещё предстояло оценить в полной мере.

— Завтра продолжим, — сказал я, глядя на заходящее солнце. — Дел ещё много.

На следующий день пошли к лесопилке. Взяли с собой Ночку с телегой. Утро выдалось свежим, с лёгким туманом, стелющимся над рекой. Ночка бодро перебирала копытами, словно чувствуя важность предстоящей работы.

— Эх, хороший день для работы, — потянулся Прохор, поглядывая на небо. — Дождя не будет.

— Это точно, — кивнул я. — Сегодня нужно успеть многое.

У лесопилки уже суетились мужики, готовя пилы и проверяя оборудование.

— Егор Андреевич! — окликнул меня Семён. — Какие брёвна первыми пускать?

— Давай сначала те, что потолще, — указал я на штабель у реки. — Из них выйдут хорошие доски для пола и стен.

Работа закипела быстро. Визг пил смешивался с гулкими ударами топоров и окриками мужиков. Митяй деловито поправляя упряжь, готовясь к первому рейсу с досками.

— Ты, Митяй, как нагрузишь, сразу вези в ангар, — наказал я. — И укладывайте аккуратно, крест-накрест, чтоб проветривались.

— Знамо дело, — кивнул Митяй, поправляя шапку. — Не впервой.

К полудню уже распилили пятнадцать брёвен. Доски ложились ровными штабелями, а горбыли откладывали отдельно — для стропил и других нужд. Ночка без устали возила телегу туда-сюда, лишь изредка останавливаясь на водопой.

— Гляди-ка, — кивнул Прохор в сторону реки, — кузню-то уже под крышу подводят.

Я обернулся. И правда, на другом берегу виднелся остов будущей кузни. Мужики суетились на стенах, укладывая верхние венцы. Даже отсюда было видно, как они начали устанавливать стропила из горбылей.

— Пора и нам к печи приступать, — решил я. — Петр, Семён, пойдёмте со мной.

Мы отправились к месту, где заранее приготовили материалы для печи. Глина, камни, песок — всё было сложено аккуратными кучами.

— С чего начнём, Егор Андреевич? — спросил Семён, закатывая рукава.

— Сначала основание, — я начертил на земле прямоугольник. — Здесь выложим из камня, на глиняном растворе. Фундамент должен быть крепким, печь — штука тяжёлая.