По пути я объяснял:
— Видишь ли, Савелий Кузьмич, компрессор — это устройство, которое сжимает воздух и подаёт его по трубам куда нужно. Мы его будем использовать не только для кузницы, но и для других нужд. Вопрос только в тех механизмах, которые ты обещал сделать.
Глава 18
Когда мы подходили к площадке, на которой был установлен компрессор, Савелий Кузьмич заметно ускорил шаг. Его глаза блестели любопытством.
— Неужто правда такая хитрая штуковина? — пробормотал он себе под нос, словно не решаясь поверить до конца.
— Осторожнее тут, — предупредил я, пропуская кузнеца вперед. — Доски местами влажные.
Аккуратно приоткрыв дверку, мы зашли на площадку, где было достаточно тесно. Тем не менее, вдвоём мы с ним поместились, хоть и стояли плечом к плечу.
А здесь работали меха. Огромные кожаные мешки то раздувались, то опадали. Воздух с шипением проходил через клапаны, создавая непрерывный фоновый гул.
Пришлось говорить чуть громче, перекрикивая шум от их работы, сдавливания и нагнетания воздуха. Я поймал взгляд кузнеца — в нем читалось изумление и жадный интерес.
— Вот смотрите, Савелий Кузьмич, — я стал объяснять ему принцип работы, чувствуя, как собственный голос тонет в окружающем шуме. — Вся эта система работает от силы воды.
Я ткнул пальцем вниз, туда, где сквозь щель в полу виднелся лёд.
— Под льдом находится колесо, почти такое, как мы только что смотрели в ангаре, только оно слегка изменённое. Его постоянно крутит течение, оно не краешком цепляется за воду, а всегда находится под водой.
Савелий Кузьмич аж вскинул бровь и приложил ладонь к уху, чтобы лучше слышать. Затем отступил на полшага назад, внимательно оглядывая конструкцию снизу вверх, будто пытаясь охватить всю систему единым взглядом.
— Так это получается, что неважно, зима это или лето, — высказался он, и в голосе его слышалось уважение. — Течение-то есть, всегда! Правда, зимой оно подо льдом…
— Именно, — подтвердил я, довольный его сообразительностью. — Река никогда не останавливается, даже в самые суровые морозы. Вода подо льдом продолжает свой бег.
И продолжил объяснение, указывая на отдельные элементы системы. Каждое движение моей руки сопровождалось внимательным взглядом кузнеца.
— Так вот, течение толкает лопасти, которые, в свою очередь, крутят, ну или вращают вал. Там же у нас немного другое колесо, и лопасти сделаны по другому. Так, чтоб вода омывала их своим течением, приводя в движение. А на конце вала установлен кривошип.
Я провел рукой вдоль системы переходников, передающих движение, и остановил палец на валу, который выходил из воды. Дерево поблескивало от влаги, образуя крошечные радуги в лучах света, проникающих сквозь щели.