— Да, хороши, — пробормотал я. — С такими можно работать.

Я объяснил, показывая на бутылку, какую пробку мне нужно сделать из кожи.

— Кожу тоже предварительно хорошо нужно вымыть и обработать спиртом… ну водкой крепкой. Саму пробку сделайте так, чтобы одна трубка плотно в неё вставлялась, а вторая трубка чтоб доставала до самого дна. Когда я переверну бутылку, через нее мог поступать воздух.

Иван Дмитриевич внимательно выслушал меня и кивнул одному из своих помощников:

— Степан, займись.

Тот тут же принялся за работу. Вырезал из кожи идеальную пробку, промыл её в чистой воде, затем высушил над огнём и стал делать в ней отверстия для трубок.

Тем временем я взял самые длинные кишки и прикинул, что длины мне не хватает. Мысленно рассчитал требуемое расстояние — бутылка должна висеть высоко над больным, чтобы давление было достаточным. Нужно не менее полутора метров, а то и больше.

Подозвал одного из помощников и объяснил:

— Нужно вставить одну кишку в другую так, чтобы они плотно крепились, чтобы не пропускали ни в коем разе воздух.

Помощник, поняв, что я хочу, занялся этим делом. Буквально через несколько минут все было готово. Он пропихнул одну трубку в другую достаточно далеко — соединение получилось надёжным и плотным.

Я проверил соединение, слегка потянув в разные стороны — держалось крепко. И в итоге длины должно было хватить, чтобы установить бутылку на высоте в полтора метра над больным.

Степан закончил с пробкой и передал мне. Она была выполнена безупречно — два отверстия точно по размеру трубок, сама пробка идеально подходила к горлышку бутылки.

— Отличная работа, — похвалил я, вставляя трубки в пробку. — Теперь нужно проверить, как всё работает.

Я вставил одну трубку так, чтобы она доставала до дна бутылки, вторую — лишь немного вглубь пробки. Заткнул пробкой бутылку, перевернул её, держа на весу. Через короткую трубку в бутылку начал поступать воздух, о чём свидетельствовали пузырьки, поднимающиеся в растворе, а через длинную — раствор начал медленно вытекать.

— Работает! — не смог сдержать я восклицания.

— Что это такое будет, Егор Андреевич? — спросил Иван Дмитриевич, разглядывая моё изобретение.

— Это, — я указал на бутылку с трубками, — позволит ввести физраствор прямо в кровь больному. Поверьте, это единственное, что может спасти жизнь градоначальнику.

Он задумчиво покачал головой:

— Чудны дела твои, Господи… Прямо в кровь, говорите?

— Именно так, — кивнул я. — Но для этого нужна ещё игла. Её ювелир уже должен доделать. Так что пойдёмте к градоначальнику, только через ювелира заберём иголку.