— Быстрее давай, чего плетёшься, как черепаха.

Добрыня ускорился.

— Куда полез? Стой, говорю, глухой⁈

Добрыня остановился.

— Ты определись уже, — сухо сказал он.

— Чё?

— Мне делать что?

Несколько пацанов рядом засмеялись.

Синий сразу набычился, однако Кирилл тут же поднял руку.

— Продолжаем задание.

Штрафа за этот эпизод никто не записал. Ну разумеется. Зато через минуту Добрыня поставил ящик на землю чуть раньше линии, и Кирилл сразу отметил нарушение.

Мелко играете, товарищ…

Я стиснул зубы. Очень хотелось подойти к нему и опустить один из пластмассовых ящиков ему на голову. Но приходилось сдерживаться.

Постепенно общий рисунок становился всё более понятным.

Решения красных чаще перебивали. Их замечания объявляли попыткой командовать. Спорные ситуации трактовали против них. Ошибки же синих проходили мимо, если только не становились совсем очевидными.

Особенно внимательно Кирилл следил за Глебом.

Мой ученик это тоже понял. Сложно было не понять, учитывая, что Кирилл поправил его в третий раз за десять минут.

— Глеб, я уже говорил, не дави на остальных, — Кирилл сделал замечание с притворной мягкостью.

— Я просто спросил, кто понесёт…

— Тон у тебя был командный, — перебил Кирилл.

Глеб несколько секунд смотрел на него, и я даже знал этот взгляд. Завхоз рядом со мной кашлянул и сделал вид, что просто прочищает горло. Сам тоже понял — Глеб в шаге от того, чтобы сорваться. И начистить подонку морду.

Не знаю, каких усилий это ему стоило, но пацан через несколько секунд лишь медленно кивнул.

— Хорошо, Кирилл Андреевич.

И отошёл.

— Хорошо… — Кирилл замялся. — Ничего хорошего.

Я почувствовал, как мои пальцы сами сжались в кулаки. Вот в такие моменты мне всегда было проще подойти и спросить прямо. Почему один подросток может хамить, а второму нельзя даже предложить решение? Почему промах одного проходит незамеченным, а ошибка другого сразу попадает в протокол?

Но сейчас пришлось стоять.

Михалыч, а именно не дать компашке этих уродов реализовать задуманное в полной мере.

После первого этапа участникам дали несколько минут перевести дух. Парни разошлись по площадке, потянулись к воде, уселись прямо на траву.

Кирилл подошёл к директору и начал сверять свои записи, о чём-то тихо переговариваясь с Олегом Дмитриевичем.

Я остался возле края площадки. Завхоз всё ещё находился рядом. Иногда мужик смотрел на меня, иногда на красных — пас. Явно был поставлен на тот случай, если я попытаюсь дать сигнал своим пацанам.

Глеб стоял чуть в стороне от остальных и пил воду. Он держался уверенно, хотя я слишком хорошо видел, чего ему это стоило. За первый этап его успели несколько раз одёрнуть за обычные слова, записать штраф на ровном месте после чужого решения и отдельно напомнить, что его тон кому-то показался слишком командным.