Значит, пора в дорогу. И чуйка подсказывала — сейчас самое время. А дальше может быть поздно. Вечером, сидя за столом, Март, озвучил свои планы:

— Крестный, завтра уезжаю.

— Чего так? Никто тебя не гонит.

— Знаю. Здесь моя семья и мой дом. Я еще обязательно вернусь.

— Может, Витьку оставишь? Думаю, дело окажется опасным.

Март задумчиво посмотрел на друга и тот сразу всполошился.

— Да что это такое?! Чуть что сразу Витьку увезти, Витька прячься, Витьку оставить. Я вам что — мебель? И слушать не хочу! Ты без меня пропадешь! — И уселся, скрестив руки на груди, упрямо выпятив подбородок.

— Ну, расшумелся. О тебе же беспокоимся. Ну, стало быть, решено. А тебе, — повернувшись к Вахрамееву-младшему, заявил отставной боцман, надо оружие посерьезнее. Винтовку брать несподручно. А вот пистолет… Есть у меня одна вещица — давний трофей. Погоди, сейчас достану. — Дед ушел в соседнюю комнату, долго гремел там железом. Вернувшись, выложил на стол узнаваемую с первого взгляда угловатую деревянную кобуру-приклад.

— Маузер? — затаив дыхание при виде такого раритета, почему-то шепотом спросил Март.

— Он самый. В Китае попался. У них там целые отряды с мечами-дадао, вот с такими пистолетами-карабинами и немецкими гранатами-колотушками. Бошки рубят японской пехоте, вооруженной винтовками со штыками, только в путь.

— Мечи в двадцатом веке? — удивленно переспросил Ким.

— А ты как думал? Там никаких хитрых техник нет. Вот так махнул снизу вверх и потом наоборот сверху вниз. Сначала подбить ствол ружья в сторону, а после на возврате рубануть врага по шее. После этого не жилец, потому как голова с плеч долой. Видишь, японец — он мелкий. А той Арисаки да еще и со штыком — ого! Ну, да ладно. Это так, байка.

— А ты, крестный, как Маузером разжился? Неужто этакие головорубы тебе его сами отдали?

— Куда там… Было дело… Только не учли они, что пуля быстрее клинка, — заговорщицким громким шепотом пояснил Игнат, весело подмигнув ребятам.

— Понятно, — рассмеялись оба в ответ.

— Этот К-96 М1930 специально для Гоминьдана сработан немцами. Видишь — иероглифы. Означает: «Сделано в Германии». У него два режима огня. Одиночный и автоматический. И магазины отъемные на десять и двадцать патронов калибром 7,63 на 25. Они в любой лавке оружейной имеются в продаже. Машинка толковая — три в одном. Карабин, пистолет и пулемет. Тебе как раз будет по руке. Так что забирай. Два магазина на десять, два на двадцать. И вот еще сотня патронов в пачках.

— Вот спасибо! Царский подарок! И за книгу Нестерова я тебе очень благодарен.