— При чём тут Земля?

Иногда рассуждения матери вводили толерантную Анну в ступор, особенно её гомофобия и убеждение, что Европой правят люди, ненавидящие Бога.

— Ильта рассказала, что один из параллельных миров уже порабощен дьяволом, — пояснила Марина, — а теперь и наши в опасности.

— Ещё раз повторю — при чём тут Земля?

Мать усмехнулась, заранее зная, какой будет реакция дочери:

— Чем как не происками сатаны можно объяснить, что там сейчас происходит? Давай дадим отпор злу хотя бы здесь! Согласна?

Будущая принцесса фыркнула и закатила глаза, покачивая головой:

— Только не начинай опять, что скоро человечество вымрет из-за моих друзей.

— Их я не трогаю, но посмотри, как много в жизни насилия, жестокости по отношению к беззащитным и слабым! Об этом сейчас говорю.

— Что мы можем? — Пожала плечами Аня.

Марина положила руку на светловолосую голову, попросив:

— Прими новую реальность и осознай своё место в ней! Сначала вот тут изменись, — она слегка сдавила пальцы, но тут же убрала, заглядывая в большие глаза ребёнка.– Пойми, жалостью и призывами к согласию ты не спасёшь никого. Нужны решительные меры и действия!

Нюта хмыкнула, не разделяя уверенности матери в собственной правоте:

— Сама себе противоречишь. Предлагаешь бороться с жестокостью ею же.

Иванова-старшая в бессилии мерила шагами комнату, подыскивая слова, способные убедить упрямого ребёнка, получалось плохо:

— Потому, что бесполезно взывать к совести зла, её нет, — она размахивала руками, жестами дублируя громкие фразы.– Жалеть тех, кто готов сотнями уничтожать людей, если не тысячами? Ты должна стать более сильной…

— Имеешь в виду кровожадной?– Нюта усмехнулась.– Не беспокойся об этом. Матис пообещал научить меня обращаться с клинком и хорошо управлять лошадью. Стану амазонкой, — она коротко хохотнула. И добавила ободряюще, глядя прямо в глаза матери: — Думаю, в критической ситуации я смогу сделать правильный выбор.

Марина тяжело вздохнула, переходя к болезненной для себя теме:

— Жду встречи с твоим родным отцом — Тоилоком. Если он не только внешне похож на покойного мужа, то во многих вопросах поддержит меня, — она с видимым наслаждением осушила бокал, добавив принижающей собственный статус дочери: — Не забывай, ты и сейчас ровня избалованному наследнику! Как мне сказали, Фливерия чуть меньше Альбента по землям, но не по количеству населения.

Она подняла вверх пустой фужер, с пафосом произнеся тост, греющий душу мало чего добившейся в жизни женщины.

— Запомни, старые пердуны-короли не вечны, а ты, моя милая, в любом случае станешь «Вашим Величеством»!