Мотнула головой, словно пытаясь отогнать на потом рвущие душу мысли, решив, что любимым песням она сумеет, в конце концов, научить дворцовый оркестр. Ну, не может же на другой планете совсем не быть музыкантов?

— К тому же никто не отменял контрабанду! — решила блондинка.– Надо прикупить пару чемоданов пообъёмнее, желательно с двойным дном.

Дома её ожидали уже два букета. Паша не терял надежды, одаривая красными розами, принц делал то, что было ему не свойственно, и получалось у него намного удачнее, чем у прожившего долгое время рядом «бывшего».

Анна зарылась лицом в разноцветный букет из тюльпанов, вдыхая аромат нежных цветов, удивляясь, как Бобров узнал, какие цветы она любит, совершенно забыв, кто служил у него советницей.

Так продолжалось несколько дней. Матис находился на связи, писал сообщениями по несколько фраз в день, и отправлял цветы курьером. Но дальше этого дело не шло.

Аня уже не просто кипела, она варилась во множестве противоречивых чувств. Любопытстве, чем он занимается, злости — при мыслях о том, что принц видит в ней лишь предмет собственности. Потребности узнать, чем живёт и дышит за разговорами, и, конечно, желании ощутить горячие поцелуи не только на губах, но и внизу живота.

Хотелось увидеть мир, в котором родилась и где предстояло провести большую часть будущей жизни, но в то же время страшили открывающиеся возможности. Блондинка хотела, боялась, интересовалась… Её пугало, влекло и… она ревновала!

Анна с удивлением для себя поняла, что влюбляется в этого совершенно не знакомого ей человека. Если его игнорирование выбранная стратегия, то она была правильной. Охотницу по жизни поймали на крючок любопытства, а остальное само собой приложилось…

На секунду смежила веки, переваривая внезапную открывшуюся правду, и тут же услышала пронзительный визг тормозов не своей, а чужой машины. Нюта мгновенно открыла глаза, но была ослеплена яркими фарами приближающегося автомобиля и судорожно вцепилась в руль в попытке избежать столкновения.

Она растерянно смотрела, как в зеркало, в лобовое стекло таранящего её транспорта. За рулём машины-убийцы сидела её полная копия, довольно улыбаясь, а за секунду до столкновения — покинула неуправляемую «Хонду». Аня закрыла глаза, почувствовав дикую боль, пронзившую тело, слыша, как с хрустом и скрежетом собираются в гармошку железо, стекло и пластик машины, попутно ломая ей кости.

Она закричала во всю силу лёгких, перекрывая звуки страшной аварии:

— Мама, мамочка, помоги!– призывая ту, которая всегда приходила на помощь.