Подошла моя очередь и я стала делать заказ.

- Мне пожалуйста какао и кусочек вот этого тортика. - показала я торт с розами.

- Э-э-э....а мы торты не режем. - растерялась буфетчица. - Но у нас есть пирожные: эклеры, корзиночки, "картошка".

Естественно я знала, что мне никто торт не отрежет, так как советский общепит такое не практиковал. Но мне хотелось хоть немного отомстить за маленькую Лену.

- Я такие пирожные не люблю. - слукавила я, так как пирожные любила разные, правда кроме тех, что были с масляным кремом. Кстати, торт был украшен именно им, но я ведь прекрасно знала, что мне его не отрежут, поэтому попыталась стоять на своём: - Я хочу кусок именно этого торта! Будьте любезны отрезать мне его!

- Да не режем мы торты! - повысила голос женщина, а очередь за мной немного зароптала.

На её возглас открылась дверь рядом с полками, где был расставлен товар и из неё появилась толстая и суровая женщина с химической завивкой на голове и в коричневой юбке с пиджаком, который был ей очень тесен.

- Что здесь происходит? - обвела она всю очередь недовольным взглядом.

- Да вот. - некультурно указала на меня пальцем буфетчица. - Она требует отрезать кусок торта!

- Как это отрезать?! Здесь вам что, забегаловка, что ли?! - пошла она красными пятнами и её тонко выщипанные белёсые брови стали почти незаметны. - Мы их продаём целыми! Отрезать ей, надо же придумать такое!

- А вы значит лучше придумали, да? - хмыкнула я. - Можно подумать, что народ летит сюда со всех концов страны, чтобы купить ваш торт с розами! Товарищи! Вы тоже за тортиками?! - оглянулась я обалдевшую очередь. - Стесняюсь спросить, а когда его сделали?! - спросила я, открывшую в изумлении рот, тётку. - Будьте так любезны, дайте нам с Анной Степановной сертификат качества! Или как там у вас...журнал бракеража*, сертификат соответствия? В общем, несите всё! Это была контрольная закупка! - выкрикнула я свою любимую фразу, не давая вставить работницам общепита ни слова. - Нету документов?! Значит будем составлять протокол!

Я несла полнейшую чушь, а все, кто был свидетелями этой сцены, молчали и даже пикнуть не могли. Анна Степановна изумлённо хлопала глазами, а когда я произнесла её имя, аж вздрогнула. Но устроила я это шоу не только потому, что меня задела за живое ситуация с девочкой Леной. Причина была намного прозаичней - я до ужала боялась предстоящего полёта и...в общем одно наложилось на другое. Как говорится: получите - распишитесь. При этом Алла Николаевна сверлила меня своим взглядом и он мне не сулил ничего хорошего. Ай, да фиг уже с ней! Одним происшествием больше, одним меньше!