Его штормило, шатало. В голове стоял звон, а зрение даже сквозь фильтры шлема выводило нечёткую картинку. А лёгкие и вовсе задыхались после спазма, с трудом проталкивая воздух через встроенные фильтры и воздуховоды броня. Но даже в таком состоянии Рико старался отбиваться от напавших на него.

— Мочи ублюдков! — один из бандитов, вооружённый сразу двумя клинками попытался ударить его сперва в область шеи, а после проткнуть. Но как и учил мастер Сэки, он отклонился боком, с одновременным подшагом вперёд, в то же время схватив руку противника в области кисти. После чего резким ударом второй руки в область локтя сломал сустав врага, заставив того замереть в болевом шоке. Но орать тому было суждено недолго — всё ещё держа правой рукой кисть бандита, сжимавшую рукоять меча, он довернул клинок под нужным углом, всадив тот снизу вверх, точно ему под рёбра. Труп с вывернутой на излом конечностью рухнул словно подкошенный. Но расслабляться было рано. Несколько ударов уже опустилось на его спину и голову, заставив Рико оступиться. Справа подскочила к нему женщина невнятного возраста и вида, с выпученными глазами почти без белков, попытавшись вцепиться ему в лицо. Но тотчас с глухим хеканьем и треском поломанных рёбер отлетела обратно — удар локтем, с переносом всей массы Рико на вторую ногу, был страшен. Подростку лет пятнадцати с такими же безумными глазами, что напал на него следующим, парень банально свернул голову одним резким пируэтом. И только когда напротив него вышло сразу четверо бандитов с мушкетам, его неуклюжий танец наконец оборвался.

Получив тяжёлые пули в ногу, грудь, голову и плечо, Рико снова оказался на земле, совершенно потеряв ориентация в пространстве. Всё вокруг него плыло, качалось. А желудок теперь настойчиво просился наружу. И сколько бы он ни пытался подняться на ноги, у него это больше не получалось — удары спаслись один за другим, буквально вбивая его обратно в землю.

Когда же всё неожиданно закончилось и он сумел перевернуться на спину, всё что он теперь видел это бесконечное море огня. Тёплое море! Такое живое и ласковое! Ощущение покоя тотчас разлилось в душе юноши, впервые пережившего настоящую мясорубку войны. И даже обсидиан его многострадального панциря под действием пламени сразу начала срастаться, медленно восстанавливаясь.

Больше не было никаких взрывов, криков, воя и взвизгов. Никаких стонов раненных, лишившихся конечностей или кишок... наконец тишина.

Только он, пламя и небо!

* * *

Обвала линии обороны долго ждать не пришлось. Банды всё поставили на одну фишку, и выпустили вперёд себя всё отребье какое смогли найти. Человек пятьсот по моим прикидкам, или чуть меньше. Естественно те три импульсатора с хреновым проникающим показателем не могли остановить такую толпу! Так что парням досталось.