Я почувствовал… Сочувствие.

Никто никогда не проявлял ко мне сочувствия. Меня всю жизнь гнали вперёд, заставляли добиваться все больше и больше. Клевали мозги, называя это мотивацией, требуя от меня все, что только можно достать.

А она… Она не могла ничего требовать, она просто мне сочувствовала.

У меня из глаз сами собой потекли слезы, они медленно стекали по щекам, и я даже не мог сделать ничего, чтобы утереть их. Я не плакал с раннего детства, просто не мог. Когда расстался с матерью, понимая, что это навсегда. Когда меня кинула Ната. Когда Ив заживо сгорела из-за меня. Когда убили Крисси. Когда погибли Ника и Чех.

Я рвался вперёд все дальше и дальше, я не мог остановиться. А тут взял и заплакал.

— Ну чего ты, — проговорила она, наклонилась и вытерла ладонью мои слезы. — Главное ведь, что ты жив, верно? И с тобой все будет хорошо. Ну… По крайней мере никто не собирается тебя убивать, более того, у корпорации на тебя большие планы.

Да имел я эту корпорацию. Меня вообще не волновали их планы. Если бы я мог двигаться, я бы вырвался отсюда, убил бы всех, кого встретил бы на пути. Потому что они забрали у меня самое ценное, что у меня есть — свободу.

Всех кроме Ангелины. Но, думаю, она поняла бы меня и ушла бы со мной. А как иначе, она ко мне что-то чувствует. А я люблю ее.

* * *

Я открыл глаза, и увидел, что по-прежнему держу Ангелину за горло. Но теперь мои конечности мне подчинялись, и я сумел разорвать хватку. Девушка упала на спину, ее лицо покраснело, на шее остался след.

— Прости, — прохрипел я, падая на колени.

Так что это было? Я реально побывал в своем теле, которое осталось на Земле? Или просто кольцо стало пичкать меня сладкими галлюцинациями, души, которые хранятся в нем, выбили меня из моего же тела, чтобы взять его под контроль?

Как оно там говорило? Ангелина — помеха? И оно решило избавиться от нее.

И помехой она была вовсе не от моего превращения в темного властелина. Помехой она была именно для того, чтобы выбить меня из тела.

«Каждый решает для себя сам» — в очередной раз проговорил у меня в голове голос.

— Я понимаю, — просипела девушка. — Ты это не контролируешь. Тебе надо избавиться от этой штуки.

— Если бы я знал, как, — ответил я. — Мы пытались. Она убила рвача, который пытался заменить мне руку. Выстрелила черной вспышкой.

— Может быть, я попробую его снять? — спросила она.

— Нет! — тут же вскрикнул я. — Не надо!

Я не хотел ее потерять.

— Все в твоей воле, Женя. Тебе надо просто сосредоточиться. Ты сам можешь это сделать, понимаешь? И никто кроме тебя не сделает этого.