Мне оставалось только наклонить голову и посмотреть ему в глаза. Выстрелит?
Он нажал на кнопку, и мне в грудь влетели электроды. Впрочем, я тут же выдернул их из себя, сделал два шага навстречу ошарашенному парню, после чего врезал ему под дых с правой, а когда он нагнулся, добавил в челюсть с левой, опрокидывая на пол.
Наклонился, подобрал тазер и картриджи. Не оружие, конечно, на меня оно не подействовало, потому что у меня стоит экранирующая оболочка «Графит». Но обычного человека может и вырубить.
Теперь я отчётливо понимал, где нахожусь. Это лаборатория «Биотики», той самой корпорации, которая создала меня, вырастила, и из исследовательского центра которой меня выкрали наемники по заказу Князя. И теперь мне нужно выбраться отсюда. А точнее, сперва забрать свое.
Ангелина.
Уж не знаю, правдой ли было то, что я видел в аду. Действительно ли я пробыл там около двух месяцев, поднялся от рядового грешника до Легенды и убил незаконнорождённого сына Сатаны, который меня в конечном итоге и отпустил обратно на Землю. Или это был просто очень долгий приход от наркоза, помноженный на кислородное голодание. Каждый решает сам за себя, так оно или нет.
Какая в общем-то разница? Я жив, свободен, и готов к бою. Я чувствовал себя, как никогда, прекрасно, меня явно полностью подлатали, да и потом за моим телом ухаживали, да ещё и очень тщательно. Так что теперь все будет хорошо.
Пока я обдумывал это, руки уже сами собой перезарядили тазер, вставив новый картридж. Карманов на моей робе не предполагалось, поэтому я зажал второй в левой ладони. Не думаю, что мне придется стрелять из него больше, чем пару раз.
Только сейчас я позволил себе осмотреться. Помещение было достаточно небольшим, и все, что тут было — это четыре больших саркофага с прозрачными крышками. Четыре из них были закрыты, и внутри можно было разглядеть застывших в одной позе людей с закрытыми глазами. Четвертый был открыт, и его готовили для меня.
Знал бы, как, привел бы их всех в сознание. Уж что-что, а покрошить сотрудников Биотики они не отказались бы. Не думаю, что их запихали в эти гробы добровольно. Меня же, вот, например, никто не спрашивал.
Да, корпораты заслуживают того, чтобы быть попущенными. Но увы, этим я заниматься больше не собираюсь.
Я вышел наружу и оказался в длинном коридоре, вдоль стен которого находились частые двери. Теплее не стало, что подсказывало мне, что все это — какой-то огромный криоцентр, место, где замораживаются результаты экспериментов, важные или просто неугодные люди, которые могут понадобиться в будущем. Но если в каждой комнате по четыре капсулы, то сколько же их тут всего?