язык, понизив голос до шепота, — все-таки достали они меня… но ведь явно в тебя целились… в тот раз не получилось, а теперь… сынок, Колька… найди их и порви… ты сильный, ты сможешь… Должно быть, он хочет сказать еще что-то, но силы покидают его и он откидывается назад. А через секунду императрица подносит руку к губам и взвывает, как самая обычная деревенская баба: император Александр III отошел в лучший мир. Я обнимаю Марию Федоровну, прижимаю ее к себе. За эти три года я привык ней и иногда мне даже кажется, что она — моя родная … ну, не мать, конечно, но, как минимум — тетка. Которая сейчас потеряла самого близкого, самого дорогого ей человека… … До станции мы добираемся минут за сорок. Это не потому, что мы великие бегуны, а просто нам на встречу двигалась дрезина и казачий разъезд. Из-за того, что царский поезд не прибыл на следующую станцию, по дистанции объявили тревогу. Мы реквизировали у казаков коней и, сломя голову, помчались к Веселому подолу. Разумеется, Владимира Александровича там уже не было. Из сбивчивых объяснений начальника станции выяснилось, что великого князя ждали лошади и несколько гвардейских офицеров. Та-ак, значит, это был не просто внедренец на одну акцию, а самый натуральный стационарный агент. В противном случае, зачем ему себе пути отхода готовить? Мог бы и вообще, как камикадзе… Или наши потомки из 23 века здесь не при чем? И весь теракт задуман и осуществлен самим дядюшкой Владимиром, а-ля натюрель? Ну, «дядя Вова», кто бы ты ни был, берегись!!! Москва, январь-октябрь 2009 г