— Дай соображу, — пожал я плечами. — На батю Мэта, да?

— Блин! — разочарованно воскликнул Князь. — Молодец. Варит башка. Ну и чё, скажешь, не Мэт это всё устроил?

— Да, — нахмурился я. — Ниточки к нему тянутся, похоже. Только я не заметил прямой связи между часами и компроматом. Может, этот часовщик его в другом месте нарыл. И даже наверняка. Не сходится как-то. Причём здесь часы-то?

— Ага. Совпадение, да?

— Да фиг знает, — пожал я плечами.

— Ну⁈ — радостно воскликнул Князь. — А я чё говорю⁈ Но прикол в том, что сегодня утром часовщика нашли в мастерской в луже крови. Тоже скажешь, несчастный случай? Порезался, да? И кровью истёк. А двадцать пулевых не хочешь? И никаких бумаг не было, зато часики стояли. Прямо посреди двора. Это не знак, да? И чё, думаешь Мэт с батей со своим не при делах?

Скажу, что это было очень и очень плохо, потому что разговоры про реальные материалы на Никитоса разлетятся быстрее пули. Уже разлетелись. Блин. И Чердынцев о них тоже узнает. Если ещё не узнал… А я в конверт ещё толком и не заглядывал…

— После школы, — тоном босса резюмировал Князь, — поедем с тобой к вьетнамцу и покажем фотку Мэта. Он подтвердит, и всё, бляха! Мы дяде Нико больше ничего не должны, а Мэту кабзда. Вьетнамец его уроет.

— Думаешь, не побоится сынка главного мента вальнуть? Щеглов его потом мехом наружу вывернет. Из-под земли достанет, по кусочкам будет резать и псам скармливать. Я не сомневаюсь.

— Да вьетнамцу всё равно, он на голову отбитый. Мне, вообще-то, тоже всё равно — и на Мэта, и на вьетнамца.

Как может быть всё равнона кого-то? Я покачал головой. Куда катится этот мир…

— Блин… чёт жалко Мэта стало.

— И мне тоже! — заржал на весь коридор Жан, но резко оборвал смех. — Из-за него моих пацанов на десятку раскрутят, а ещё и с вьетнамцем теперь проблемы. Там знаешь, какой урон? Дядя Нико чуть всех не поубивал, когда узнал.

Открылась дверь директорского кабинета.

— Краснов! — строго крикнула Медуза. — Я не поняла, тебя долго ждать ещё? Что за наглость такая⁈

— Ладно, я пошёл, — кивнул я Князю.

— После уроков, ты понял?

— Ага… Так я здесь уже, Лидия Игоревна!

— Давай, пошевеливайся!

Я вошёл в директорский кабинет. На стульях напротив стола сидели Прошка Назаров, Алиса, ещё один чувак, которого я видел на вечеринке и… И всё. Глотову не позвали, что было даже к лучшему. Мэта тоже не было. Вот я ещё появился. И нас стало четверо. Юля стояла у окна, скрестив на груди руки, и смотрела на присутствующих хмуро и сердито.

— Ну что, все? — спросила Медуза, закрыв дверь и подходя к своему столу. — Садись, Краснов.