На самом деле, встать и идти с ним было не очень хорошей идеей. Зачем мне какие-то дополнительные конфликтные ситуации? Зачем нелепые разборки, крики и вопли? Сейчас мне это было не нужно. Разумеется, не нужно… А нужно было, как раз, наоборот, избегать вот этого всего. Если я, конечно, хотел осуществить свои задумки.

Но я встретился с Никитой взглядом и сразу понял, что избегать не стану. Правильно это или неправильно, но я пойду с ним и потолкую, как он сам того желает. А заодно и послушаю, что именно он собирается мне сказать.

Уж больно этот взгляд напомнил мне тот недавний, волчий равнодушный и расчётливый, когда с месяц назад он смотрел мне в глаза вот примерно как сейчас. Обстоятельства были другие, но снег тоже имелся. Находились мы не в ресторане и вообще не в городе, а стояли мы у чёрной ямы, вырубленной в промёрзшей земле.

Кажется, что-то такое мелькнуло в моих глазах — решимость или злость, или желание поквитаться, а, может быть, просто что-то животное, я не знаю. Но заметил как Никита моргнул едва заметно и прищурился.

— Ладно! — пожал я плечами и махнул официантке. — Девушка, извините, не надо минералку!

Я поднялся и под ещё не закончившуюся весёленькую песенку из далёких и прекрасных времён бодро прошагал на выход. Выглядел я спокойно, практически безмятежно. Не проявлял нервозности или даже испуга. Чем, собственно, основательно сбил настрой этой парочки мстителей за запятнанную честь бывшей гражданской жены и матери. Я надел куртку и дождался, пока выйдут они. Подставлять спину я не собирался.

Выйдя из двери, я остался на крылечке и бросил им в спину.

— Слушаю вас, джентльмены. Кажется, вы хотели о чём-то спросить?

Снегопад прекратился и теперь поднялся пронизывающий ветер, влажный и хлёсткий.

— Мы хотели, чтобы ты кое-что зарубил себе на носу, — очень понтовитым и каким-то, словно бы позаимствованным из шоу-бизнеса, голосом проговорил Мэт.

— О, ну давайте, говорите.

— Отойдём к машине, — кивнул на припаркованную напротив кафе тачку Никита.

— Нет, я с вами никуда не поеду, — ответил я.

— Поедешь, — уверенно сказал Мэт и протянул ко мне руку, собираясь схватить за рукав, но я резко отбил его руку, и он остался ни с чем.

— Я сказал, никуда не поеду. Но если вам есть что сказать, пожалуйста, говорите, я слушаю. Если же вы испортили мне ужин шутки ради, то вам должно быть стыдно.

— Отойдём туда. — кивнул Никитос на угол здания. — Чтобы здесь глаза не мозолить.

По голосу я понял, что он уже кипел от злости и от гнева.

— Хорошо, но только после вас, — кивнул я, и он двинул к углу, завернул но не остановился.