– Я пока ни одного судна не потопил, но раз клиент просит – сделаем. Капитан говорит – я удачливый, мне везет на погоду, так что ненастье мы прибережем для вас, раз уж вам так хочется, – рассмеялся Эмиль, старательно вырезая силуэт корабля под всеми парусами, который он решил добавить к памятной картинке.

– Спасибо, очень на это надеюсь. Долгое плаванье обогатит тебя новым опытом, а в офицерской должности у тебя будут новые заботы и обязанности. Готов ли ты к этому? Ты несколько беспечно относишься к жизни – хотелось бы знать, сознаешь ли ты, что отныне должен будешь не только выполнять, но и отдавать приказы, а власть – штука опасная. Смотри, не злоупотребляй ею и не становись тираном.

– Вы совершенно правы, мэм. Я уже этих злоупотреблений понавидался и, надеюсь, расчислил нужные ориентиры. Особо разгуляться мне в любом случае будет негде, надо мной же стоит Питерс, но я стану следить за тем, чтобы, когда его начинает штормить, матросам не доставалось лишнего. Раньше я не имел права вмешиваться, а больше такого не потерплю.

– Звучит до жути загадочно. Могу я осведомиться, какую такую типично флотскую невзгоду обозначает в данном случае слово «штормить»? – спросила миссис Джо чрезвычайно заинтересованным тоном.

– Пьянство. Сколько Питерс в состоянии влить в себя грога – уму непостижимо. Килем вверх он при этом не ложится, но делается свирепым, как эскимос, и остальным заскучать не дает. Я однажды видел, как он сбил матроса с ног штифтом для крепления каната, – но вмешаться не мог. Теперь, надеюсь, все будет иначе.

И Эмиль насупился, как будто уже шел по юту командиром и повелителем.

– Главное – не переборщи; даже благоволение дяди Германа не спасет в случае нарушения субординации; ты уже показал себя славным моряком, покажи и славным офицером – а это, как мне кажется, даже сложнее. Доброму и справедливому руководителю нужен соответствующий склад характера; придется тебе отказаться от мальчишеских замашек и вести себя с достоинством. Но этот опыт пойдет тебе на пользу, Эмиль, он остудит тебе голову. Никакого больше озорства, кроме как здесь, так что следи за собой и не посрами чести форменных пуговиц, – произнесла миссис Джо, постучав по одной из них, ярко начищенных, – они во множестве украшали новый мундир, которым Эмиль так гордился.

– Буду очень стараться. Я знаю, довольно уж мне лавировать, нужно ложиться на прямой курс; но вы не переживайте: моряк на суше – это одно, а когда под килем синеет вода – другое. У нас с дядей вчера был долгий разговор, он мне всю лоцию расписал как надо; я его наставлений не забуду, как не забуду, чем я ему обязан. Что до вас, как я уже сказал, именно ваше имя я дам первому своему судну и украшу его нос ростром, где вырежу вашу фигуру, – вот увидите.