— Испорчу? Я? А ничего, что этот квест именно из-за моего нового уникального класса и появился? — шёпотом возмутился Витя, украдкой оглядываясь на Хмурого — услышит тот или нет? Хмурый, внимательно слушавший вещавшего о чём-то жреца, не услышал. Витя облегчённо вздохнул.

Месса продолжалась, набирала обороты.

Витя тем временем развлекался. Я видел, как он поднимает руку, и от его ладони тянутся едва заметные тёмные нити. Они цепляли мух и комаров, кружащих под потолком храма. Одно насекомое за другим падало на каменный пол — безвольные тельца, слабо подрагивающие крыльями. В углу интерфейса Вити мелькал счётчик: 8/10 душ.

— Витя, хорош страдать хернёй, — бросила Тишь.

— Я не страдаю, я тренируюсь, — вполголоса отвечал Витя.

Мухи кончились. Витя, явно заскучав, начал заселять души обратно в тела. Но специально путал. Душа мухи — в комара. Душа комара — в муху. Насекомые на полу начинали дёргаться, пытались взлететь и вели себя совершенно неестественно — муха кружилась на месте, комар бился крыльями о пол. Витя тихо хихикал, очень довольный собой.

Ритуал тем временем подходил к кульминации. Жрец воздел руки к статуе, выкрикивая слова на древнем языке. Воздух в храме сгустился, факелы вспыхнули ярче, и в статую начал вливаться тёмный, почти осязаемый поток энергии. Бог снисходил в своё изваяние, чтобы благословить присутствующих.

В этот момент одна из мух, в которую Витя вселил душу комара, совершила совершенно безумный манёвр. Она пролетела прямо перед статуей, жужжа как-то особенно противно. Витя, недолго думая, выбросил руку, пытаясь захватить её душу, — и промазал.

Тёмная нить, сорвавшаяся с его пальцев, прошла мимо мухи и вонзилась в поток энергии, связывающий статую с алтарём. Витя захватил душу тёмного бога, каким-то чудом умудрившись сделать это в момент перехода между состояниями — самый уязвимый момент. Секундой раньше или секундой позже — ничего бы не вышло. Бог, пусть даже в ослабленном состоянии, мог постоять за себя. Но в этот миг он был максимально беззащитен. И именно в этот миг Витя атаковал его.

Храм содрогнулся. От статуи разнёсся крик — нечеловеческий, полный боли и ярости. Ближайшие к статуе игроки попадали с ног. Камни посыпались с потолка, алтарь треснул, факелы погасли, и только багровое сияние из статуи освещало рушащийся зал.

Жрец, ещё секунду назад благоговейно простиравший руки к божеству, развернулся к группе. Его лицо исказилось гневом.

— ОСКВЕРНИТЕЛИ! — заорал он, указывая дрожащим пальцем прямо на Витю. — ВЫ ОСКВЕРНИЛИ БОГА!

Прихожане, до этого мирно стоявшие в зале, начали расступаться. Из-под плащей замелькали клинки, кинжалы, магические посохи. Вокруг группы медленно смыкалось кольцо.