– Зачем? Вы договаривались об этом звонке? Или возник какой-то срочный вопрос?

– Почему срочный? – не поняла Кабалкина.

– Вы виделись накануне, на дне рождения бабушки. Наверное, обсудили все животрепещущее. Так что звонок в понедельник днем, когда вы обе на работе, мог быть только срочным. Разве нет?

– Ну… – Люба замялась. – Это семейный вопрос, к убийству отношения не имеет.

– И все-таки, Люба, я попрошу вас ответить.

Голос Зарубина стал жестким. Кабалкина посмотрела на часы и снова вздохнула. В который уже раз за время их разговора? Сергей сбился со счета. Просто какая-то машина, вырабатывающая вздохи и слезы, эта Любовь Григорьевна.

– У нас есть брат… Вернее, не у меня, у Аниты. Сын ее отца от третьего брака. У нас с Анитой мама общая, а у нее с Валеркой – отец.

– Да, я в курсе.

– Простите, Сергей, давайте мы побыстрее закончим, у меня дети маленькие.

– Давайте, – с готовностью согласился он. – Вы мне быстренько рассказываете, зачем сестра позвонила вам в понедельник днем на работу, и я от вас отстану.

– Нет. – Люба решительно поднялась с дивана, взяла со стола мобильник, повесила на пояс юбки. – Я иду за детьми к маме. Если хотите, можете меня проводить, я по дороге отвечу на ваши вопросы. Это близко, на соседней улице.

– Я знаю, я же был у ваших родителей сегодня.

– Ну да, я забыла…

Ему пришлось подчиниться. Маленькие дети – это серьезно. Против этого аргументов нет и быть не может.

Дождь кончился, и к вечеру заметно похолодало. Люба, невысокая пухленькая толстушка, в теплой красной куртке казалась ярким воздушным шариком, легко подпрыгивающим вдоль тротуара. Она шла очень быстро, на полшага впереди Зарубина, словно вообще забыла о его существовании. А может, разговаривать не хотела?

– Люба, мы не закончили, – напомнил о себе Сергей. – Вы хотели мне рассказать о звонке вашей сестры в понедельник к вам на работу.

– Да ничего особенного, – она даже шаг не замедлила. – Анита позвонила и сказала, что пока не виделась с Валеркой, но, может быть, встретится с ним завтра. Вот и все.

– Что – все? – сердито спросил Зарубин. – Зачем она вам об этом сообщила? Это что, событие мирового масштаба? Или вы сообщаете друг другу о каждом своем шаге?

– Зачем вы так… – она уже чуть задыхалась, но темп не снижала. – В воскресенье я сказала Аните, что виделась с Валеркой и он показался мне чем-то расстроенным, озабоченным. Вот она и позвонила мне на следующий день, чтобы сказать, что она помнит о нашем разговоре и обязательно встретится с ним и постарается все выяснить. Чтобы я не беспокоилась, если ему нужна помощь, то она все сделает.