Касаться, прижиматься, дышать им.

С полным правом!

И не лгать самой себе…

— Итак, начну с главного, — решительно произнёс Стужев, снова невольно заставляя меня напрячься. — Твоя безопасность. И разломы. Понимаю твоё негодование, но давай договоримся. Больше ты в них без острой нужды не ходишь. Да?

Поколебавшись, кивнула. Всё правильно. Рисковать собой я могла хоть до посинения, но только не ребенком.

— Да. Ты прав.

— Фух… — Стужев нервно усмехнулся и мне тут же достался сочный поцелуй в губы. — Спасибо. Дальше. Ядра. Перерыв как минимум до родов. Договорились?

— Да, я понимаю. Я уже думала об этом. Во мне достаточно самых разных стихий, да и сам уровень достаточно велик, чтобы ни в чем остро не нуждаться. Я понимаю, правда. И я очень… — мой голос невольно сорвался, — очень хочу малыша. Очень. Я не буду им рисковать.

— Спасибо.

Снова искренняя благодарность. Снова поцелуй. Нежный. Сладкий.

Если бы поцелуи умели говорить, думаю, именно сейчас я бы услышала его признание. Искреннее. Пылкое.

Впрочем, я всё равно его услышала… И сама призналась тоже.

Люблю. Люблю!

— М-м, если ты меня сейчас не остановишь, то мы останемся как минимум без обеда, — срывающимся голосом пробормотал Егор, заставляя снова краснеть и хихикать, как какую-то девчонку. Девчонку, получившую безграничную власть над командиром «Витязей»! — Но мы ещё не договорили…

— Да, прости, — выдохнула тоже и попыталась сесть ровнее, однако мне не позволили. А потом и вовсе уронили поближе к подушкам и улеглись рядом, зарываясь носом в район груди. — Егор?

— Идеально… — выдохнул он, а потом и вовсе спустился ниже, прижимаясь носом к моему пупку, чем поверг меня в легкий ступор. — Итак, продолжим. Твоя медицинская деятельность. Она безусловно важна. Безумно важна! Но пообещай мне, что не будешь выкладываться на триста процентов. Ста хватит. И не в ущерб себе.

— Я… — прикусив губу, поморщилась, но кивнула, — постараюсь. Правда. Я буду предельно аккуратна. Я умею, честно.

— Я верю. Знаю. Ты у меня умница. Гений. Самая лучшая…

Просто завалив меня комплиментами, под конец Егор задрал футболку на моём животе и поцеловал чуть ниже пупка, заставляя сочно покраснеть. Боже мой, ну почему я веду себя рядом с ним, как… Как девчонка?

— Ещё вопрос.

— М-м?

— Остальным говорить будешь? Я сейчас о ребенке.

— Нет, — выпалила сразу и потянулась к животу, словно хотела прикрыться, причем от всего мира. — Нет… Это… Не сейчас, хорошо?

— Хорошо, — не стал ни возражать, ни спрашивать «почему?». А потом и вовсе с обманчивой легкостью подтянулся выше, лег рядом и заглянул мне в глаза: — Спасибо, что сказала мне.