«— вероятно, от усталости, или я просто схожу вновь с …». Решила и, выпрямив спину, утомлённо пытаясь отрешиться от всего мира, прогулочным шагом направилась в сторону галеона, безошибочно полагая, что иду не одна. Я не собиралась прятаться в горах, к чему? У меня по-прежнему хорошие карты на руках. «— я научу вас господа, играть в покер, следующим следует вновь мой ход ». Отдохнув на галеоне и действительно сменив охрану в имении на матросов с судна, сытых и отдохнувших, показывая на карте наш дальнейший путь назначения, объясняя капитану навигацию в Венецианской лагуне, я попросила его отправиться к острову Мурано. Это решение пришло внезапно, я просто подумала, что не будет ничего страшного, если мы погостим совершенно непродолжительное время у родственников, которые живут в доме, где мы были так счастливы с Арманом. Возможно, там живут внуки или правнуки моих сыновей. Вернее сыновей Анжелик. Я найду в себе силы ничем не выдать себя, и краешком своей новой жизни соприкоснуться с их миром. До внутренней дрожи я очень хотела этого. Я словно на кончиках пальцах ощутила энергию, которую хотела подарить всем людям, живущим в том доме. Мечтая и подставляя лицо свежему ветру, так боялась ошибиться вновь. * * * — Мадам графиня, дом пустует уже около пяти лет. Пожилой синьор Энрико Аппиано уехал к дочери и внукам во Флоренцию. Они приняты при дворе. Медичи к ним благоволят, он предупреждал, что может приехать вдовствующая родственница. Не стоит волноваться, я отправлюсь с вами и прикажу привратнику открыть дом и оказать вам помощь и содействие в заселении. Лейтенант полиции острова Мурано, был сама любезность. Я же ледяной, дрожащей рукой нашла пальчики подруги. «— пресвятая Дева Мария, помоги мне ». — Иннес, не отпускай меня, я верно безумна, что решилась ехать сюда. Проследи за всем, особенно за багажом и детьми. Несколько гондол в сумерках плыли в сторону дома. Моего дома! «— как же мне больно, как не сойти с ума оттого, что всё так повернулось ». Слёзы текли, застилая праздничные огни Венеции. В моей руке появился платочек. — Дениза, держитесь, прошу вас. Её крепкая рука в поддержку, и тихий шёпот в ночи. — Только не жалейте меня мадам виконтесса, не нужно, иначе я разрыдаюсь в голос. И мысли, что хаосом мечутся в сознании, шептали назойливо: «— мы должны через это пройти, или нам не выстоять, в мире, где всегда правы мужчины ». Глубокий вдох. Должно стать легче, это просто физиология, мои клетки насытятся кислородом, уйдут зажимы и спазмы. А слёзы — это не