невинного и нежного, что спустился с небес. — Тебе не кажется, что мне пора подстричься? Я тронула рукой распущенные волосы, спадающие до пояса, стараясь уберечь сознание от необходимости думать о проблемах и принимать вследствие этого какие-то решения. «— завтра, всё завтра, всё равно ничего не смогу уже изменить ». То, как меня встряхнула подскочившая ко мне Элена нужно было видеть. Как только моя бедная голова не оторвалась, сколько силы у неё в руках! Весь мир перевернулся несколько раз вокруг своей оси. Шум окатил меня волнами раздражения. — Я за это недолюбливала Франсуазу, ты не такая, приди в себя! Утрата помутила вам рассудок графиня. Ещё не много и я ударю вас по лицу. — Ударь. Прошу. Что я могу поделать? Я вспоминаю о нём. Часто. Прошу, ударь, я словно и не Я вовсе! Взявшись руками за голову, пыталась вернуть себя обратно. «— что со мной делает этот Мир, мужчины этого мира »? — Мы уедем, уже всё готово для этого. Завтра ты подпишешь документы о продаже имения. — Я не могу так прощаться со своей недвижимостью. Нет! Ничего я подписывать не буду. Мне нужно во всём разобраться. Я люблю это место, я сражалась за него. Это моя победа. — Так разбирайся же! — Обними меня! — Нет! Ты уже не ребёнок. Если ты не решишься, я заберу всех и уеду без тебя. — «Пусть бояться нас те, кто с нами сделал такое» — я так сказала им. Но прежде он задал мне вопрос; «боюсь ли я его» , а я не боялась. Понимаешь? Он никогда не причинит мне вреда, и он не видит нашей вины в случившемся. Мы такие же жертвы интриг. В его глазах я видела боль раненного опасного зверя, потерявшего свою веру в жизнь и любовь. Потерявшего всё. Но этот зверь пришёл ко мне в дом не убивать, он просто не знал, как жить с этой болью дальше. — Переоденься, приведи себя в порядок и пошли в мой кабинет. — Уже ночь, я собиралась спать. — Ты не будешь сегодня спать, мне нужна твоя помощь. Это был приговор, ослушаться которого я не имела права. А далее приняв душ из огромной бочки, с практически холодной морской водой и обмывшись в ванне с бодрящим тёплым отваром, убрав волосы в строгую причёску, несмотря на себя больше в зеркало, вспоминая, как мужчины могут делать больно, в чёрном траурном платье я сидела в кабинете сестры. — Вот мои записи о том, что я успела сделать за это время. Посмотри, что я возможно упустила. У нас совершенно мало времени, как только до синьора Контарини дойдут первые вести об убитых из клана Торризи, нас не выпустят из Венеции, мы будем заложниками его личной безопасности. Он явно