— Замри на пару секунд, — шепнул Дан.

— Данриэль А-Гару Алсой, Повелитель Льда, Великий Лорд Северных Земель, Хранитель Теней Сагерта! — громогласно разнеслось по всему залу. И следом не менее громко: — Лиарет Даллеро-Нортон, ученица Хранительницы Знаний, гостья Таэсс-Харна!

Что?! Гостья?! Я обернулась на Хранителя Теней и вздрогнула: его морозные глаза выцвели до невозможности, из-за чего зрачки казались черными провалами. А на виске выступил черный узор. Метка Теней?

— Дан? — тихо позвала я.

Но он не услышал.

Волны морозной, искристой силы расходились от Данриэля во все стороны. От его давящей энергии становилось тяжело дышать. Бросив презрительный взгляд на герольда, который поспешил покинуть свой пост, я коснулась Метки Теней на виске Дана. Скользнула по ней кончиками пальцев, подивилась странноватому ощущению — как будто коснулась старого зажившего шрама. У меня такой на щиколотке есть, других-то мне касаться не доводилось.

«Не отвлекайся», — одернула я сама себя.

— Я принадлежу тебе, — спокойно произнесла я и убрала пальцы от его виска. — Тебе и только тебе. Ты дал слово, что женишься на мне. И я тебе это слово не верну, слышишь?

Метка Теней поблекла, но полностью не исчезла. Дан холодно улыбнулся и смертельно спокойно произнес:

— Корвус пожалеет об этом. — И тут же добавил: — Подаришь мне танец?

Я удивленно осмотрелась и, не увидев танцующих пар, осторожно сказала:

— С удовольствием, но где? И разве ты не торопишься?

Добавлять, что до недавнего времени мне не доводилось заниматься ничем подобным, я не стала. К чему волновать Дана? Ведь я, во-первых, кружилась в танце со старой метлой, а во-вторых, много раз видела, как развлекаются другие. Это не должно быть слишком сложно.

Данриэль пошел вперед, даже не пытаясь как-то лавировать в толпе. И люди сами поспешно расступались в стороны. Мужчины едва ли не отскакивали, а женщины наступали друг дружке на платья… Они были готовы на все, лишь бы не оказаться на пути Хранителя Теней. Этот брезгливый страх раздражал.

«А ведь в Онхельстере я вызывала у людей похожие чувства, — с горечью подумала. — Только в моем случае это была брезгливая жалость пополам с наигранным уважением».

Каждый, кто видел накидку Хранительницы Знаний, радовался, что традиции Онхельстера по-прежнему сильны, и одновременно не желал сводить со мной близкое общение. А ну как темная сила проклятых артефактов и колдовских книг перейдет с меня на них?

«Поклонись Хранительнице Знаний, да пониже. И иди дальше, да побыстрее», — так учили своих детей матери. Ринари научила меня спокойствию и равнодушию, смирению. Наставница пожимала плечами и говорила: «Ты не вложишь дураку в голову свой разум. А если вложишь, то сама без ума останешься».