свиту. Вы хорошо спелись, как я посмотрю, — усмехнулась уголками рта королева, — вот и
будете присматривать друг за другом, чтобы не натворить дел. Да и учиться магии вместе вам
будет веселее.
Взглянув королеве в глаза, я поняла, что возражать бесполезно. Моя учесть уже решена, а
песенка спета. Но, может, оно и к лучшему? Пока я, пытаясь принять хоть какое-нибудь
решение, не развалила весь королевский дворец. Хотя… выходить замуж без любви, пусть мне и
нравится Эльдан как мужчина… Ох и устрою я ему, если хоть раз взглянет налево! Если он
согласен на мне жениться, значит, обязан хранить мне верность! Или к черту такой брак!
Эпилог
Подготовка к королевской свадьбе оказалась настолько сложным и муторным делом, что
захватила нас всех с головой. Ошалевший от целой череды свадеб, дворец гудел, будто
разворошенный улей. Алисия, Анна и Мари носились с приглашениями, лентами, образчиками ткани
и прочей ерундой, выпучив глаза и от зари до зари. И в этой круговерти у меня никак не
находилось времени поговорить нормально с Эльданом. Узнав о предстоящей свадьбе, ненадолго
во дворец вернулся его отец, прежний король Торвии. Королева-мать, не скрывая радости,
паковала вещички, готовясь отбыть «на пенсию», и между делом рассказывала мне о королевских
обязанностях. Вот только в голову мне ничего не помещалось: кроме бесед с будущей свекровью,
я усиленно тренировала свою магию, которая оказалась еще более своенравной, чем я, по словам
Эльдана. А еще меня муштровали по этикету, как новобранца на плацу. Я с трудом «доживала» до
вечера, рассеянно ковыряла вилкой за общим ужином, совершенно не следя не только за беседой,
но и за тем, что и чем я ем. Думая только об одном: как добраться до постели.
Свадьба должна была состояться через три месяца. И поначалу мне казалось это громаднейшим
сроком. Казалось, времени еще тьма. И если я передумаю, то у меня хватит времени, чтобы
скрыться в любом из выбранных направлений. Да хотя бы к тому же Рану под крылышко. Кстати,
эльф из дворца Эльдана после того, как аристократки начали спешно выходить замуж, будто
испарился. На деле же, когда однажды вечером под руководством Кэт шесть горничных на
вытянутых руках внесли в мои новые комнаты белоснежное, украшенное серебряной морозной
вышивкой и белоснежной пеной кружев платье с огромным шлейфом, я ошарашенно округлила глаза:
— А зачем вы его так рано принесли? Оно же полгардеробной займет!
Горничные застыли, потрясенно глядя на меня. Кэт округлила глаза. А потом расхохоталась:
— Прием-прием! — пощелкала она пальцами поднятой на уровень груди правой руки. — Полина,