— Добро, — кивнул Ник.

Впрочем, особо баскетбольного они ничего не обсуждали, зато парни похвастались билетами на конкурс: кто кому чего и как дал эти билеты. Белкина, походу, крутила своим рыжим хвостом направо и налево, так как отдала свои «контромарки» Щеглову Илье и Звягинцеву Эдику, ещё одна из группы поддержки — Катя, из класса Софии или параллельного двенадцатого, отдала билеты Зимину Олегу и Дорничеву Максу. То есть на концерт попадала вся баскетбольная команда. Они обсуждали, стоит ли купить цветы, чтобы кидать на сцену, или лучше потом в понедельник подарить, чтобы не таскаться.

— А тебе София дала? В смысле, билет, — спросил Макс, дёрнувшись от взгляда, которым его наградил Ник. — В смысле… Вы с ней вроде встречаетесь. А то молчишь что-то.

— Задумался просто, — ответил Ник. — Я иду туда сегодня. Но, извиняйте, мы отдельно будем, в другом секторе.

— А почему в другом? — спросил Олег.

— Туда билеты её семья купила, — вроде как и не соврал Ник. Он же тоже «её семья». Муж что, не семья, что ли? — А свои билеты София отдала кому-то из группы, вроде чтоб родных позвать.

— Ого! — дружно переглянулись парни.

— Так у вас всё серьёзно? — спросил Звягинцев.

— А с Софией может быть как-то иначе? — иронично хмыкнул Ник, посмотрев в глаза капитана.

— Да я просто так спросил, — дёрнул кадыком Звягинцев и отвёл взгляд. — Что-то про Янквица слышали?

— Смотался уже куда-то, — сказал Макс. — Он при нашем последнем разговоре интересовался моим здоровьем… Спрашивал, когда я вернусь в команду. Предлагал, кстати, какие-то «усилители».

— Явно не усилители вкуса, — хмыкнул Ник.

— Ага, — мрачно зыркнул Звягинцев. — Короче, парни, Янквиц спёкся. Если в тюрягу не посадят, то из гимназии точно выпрут, лучше никому не говорить ни про какие «усилители», а то начнут какие-нибудь допинги искать и тесты проводить. Да и на всякий исключат из турнира. А оно нам надо?

Все нестройно согласились, что «оно нам не надо».

На том и порешили, как говорится.

Звягинцев как-то всё косился, словно хотел что-то узнать или спросить, но так ничего и не спросил.

* * *

После уроков Ник списался в чате-«болталке» со своими, они уже тоже ехали в центр, кроме Сашки, который жил не так далеко от Михайловского концертного зала.

Вообще получалось, что если старший брат сказал Костику, куда там его вызывали и с кого тот брал показания, то вся конспирация с «обычным бедным студентом» уже провалена. Ник только порадовался, что как-то во всех этих сумасшедших и насыщенных событиями днях успел переговорить с Сашкой, рассказать ему и заручиться поддержкой.