— Сочту за честь, господин. Если позволите, я начну со сканирования континентальных магических узлов прямо сейчас. Нам нужно составить маршрут, который принесет максимальную прибыль при минимальных затратах времени.

Змиенко удовлетворенно кивнул. Инвестиция окупила себя с первых секунд. Теперь у него был не просто телохранитель, а дьявольски умный союзник, говоривший с ним на одном языке циничного расчета. Откинувшись на спинку дивана, столичный хирург прикрыл глаза, слушая, как где-то вдалеке торжествующе вопят гвардейцы Мбасы. Шахматная доска Африки была перевернута, и фигуры Пекла начали свое безостановочное, смертоносное движение.

Тяжелые, размеренные шаги на усыпанной битым стеклом мраморной лестнице гулко разнеслись по этажу. В разгромленный кабинет мэра ввалился полковник Мбаса. Диктатор выглядел так, словно лично тянул на себе артиллерийское орудие через джунгли: маскировочная форма пропиталась потом и копотью, на багровом шве поперек груди налипла цементная пыль, а в правой руке дымился трофейный пистолет-пулемет.

Клац-ш-ш. Клац-ш-ш.

Плутониевое сердце отбивало торжествующий, победительный марш. Африканец окинул взглядом дымящиеся руины за выбитым окном, довольно оскалился и повернулся к расслабленно сидящему на диване хирургу.

— Город наш, доктор! — громогласно возвестил вождь, с грохотом бросая оружие на покосившийся стол из красного дерева. — Эти корпоративные шавки бегут к джунглям, роняя штаны! Мои парни сейчас зачищают портовые склады. Я же говорил, что мы их сомнем! Высадка прошла идеально!

Мбаса осекся на полуслове. Его лишенные белков глаза наконец-то сфокусировались на высокой фигуре, неподвижно стоящей в тени у книжного шкафа. Рука киборга рефлекторно дернулась обратно к сброшенному на стол автомату.

Столичный светило лениво приподнялся, стряхивая пепел с папиросы, и примирительно поднял ладонь.

Адельхард ди Васи ван Гот оказался не только гениальным магом разрушения, но и непревзойденным мастером маскировки. Стоило хирургу обрисовать ситуацию с приближающимся союзником, как тиун лишь понимающе усмехнулся и слегка повел плечами. Роскошные темные латы растаяли в воздухе дымной иллюзией, сменившись безупречно пошитым, строгим костюмом-тройкой темно-серого цвета. Вызывающе алая кожа побледнела до благородного, аристократичного смуглого оттенка, а эбонитовые рога просто исчезли, скрытые плотным визуальным мороком. Лишь глаза остались прежними — хищными, с вертикальным зрачком, но теперь они отливали не расплавленным золотом, а глубоким, темным янтарем.