Все надежды его были связаны с его родством со Смертью и опираясь на этот призрачный шанс выйти победителем из этой затянувшейся битвы (49 секунд), он отказался от отражения атак духов-фамильяров и, мгновенно сосредоточив освободившиеся ментальные мощности разума на одной единственной задаче, вступить на Тропы Мертвых, межпространственные пути, которыми пользуются души умерших по дороге в Серые Пределы, и слава матушке Иоланте, ему это удалось. Буквально в последнее мгновение Эдмунд ускользнул из-под атаки духа Ненависти и оказался в такой родной для себе атмосфере, наполненной эманациями Мира Мертвых.
Время здесь было не властно над ведьмаком и это дало наследнику Богини Смерти возможность собраться с мыслями, чуть перевести дух и, когда он посчитал, что готов, выпрыгнуть на расстоянии метра перед Медеей с уже занесенным для удара мечом из адаманта. Он не позволил себе смалодушничать и переместиться отсюда в безопасное место, вызвав подкрепление. Посчитал, что осталось слишком мало времени, дабы помешать совершить твари задуманное, и по этой причине решился покончить с колдуньей самостоятельно.
И будь колхидская ведьма менее опытна в магических поединках, может быть у Эдмунда и вышла его задумка, да только стоило ранее Певереллу провалиться на Тропы Мертвых и пропасть из виду Медеи, как она мгновенно переместила к себе своих фамильяров и только ведьмак вновь объявился перед ней, как на его руке сомкнулась челюсть духа, олицетворяющего концепцию Боли, который без труда откусил угрожающую острым железом ведьме конечность Эдмунда, а следом ему в грудь прилетела изящная ножка, отправившая ведьмака спиной в тело фамильяра Медеи, стоящего позади наследника Певерелл.
Невероятных трудов стоило Эдмунду не потерять сознание от нанесённой ему Высшим духом Боли травмы, которая лишила его по локоть руки, и быть бы ему тут же им сожранным, так как он должен был влететь в него спиной и скрученным болезненным спазмом. Да только пробитое мечом, сделанным из металла Убийцы Богов, нёбо здоровья и настроения Высшему духу не прибавило, мгновенно убив фамильяра Медеи, отчего вместо того, чтобы натолкнуться на его тело, сын Богини Смерти пролетел сквозь сгусток рассеивающейся эктоплазмы, и это прибавило Эдмунду изрядно сил, позволив превозмочь боль и полностью собраться с мыслями. Убийство Высшего Духа в астрале, спровоцировало огромный выброс некроса, который для любого иного разумного должен был принести лишь дополнительные проблемы и неудобства, но только не для прямого потомка Морены! Обрубок, оставшейся у Эдмунда вместо руки, покрылся льдом Хельхейма, остановив кровопотерю, а вместо того, чтобы упасть навзничь, он, сумев перегруппироваться, совершил в полете кувырок, приземлившись на ноги.